Книга Арс. Между кровью и любовью, страница 126 – Мая Фролова

Повернулся.

Лицо было злым.

Не на меня.

На всё.

— Я не умею это нормально делать.

— Что именно?

Он сделал несколько шагов ко мне.

— Бояться за кого-то так.

Я не успела ответить.

Тимур продолжил, и теперь слова словно уже невозможно было остановить.

— Я всю жизнь знаю, что делать, если угрожают мне. Если отцу. Северу. Людям рядом. Берёшь оружие, находишь человека, решаешь проблему. А с тобой так не работает.

Он подошёл совсем близко.

— Когда ты исчезла, я нихуя не мог сделать первые часы. Только смотреть камеры и ждать, пока кто-то найдёт след. Я думал, что сойду с ума.

У меня защипало глаза.

Тимур выругался себе под нос.

Потом сказал то, чего, кажется, сам не собирался говорить:

— Я, блядь, люблю тебя. Вот и вся проблема.

Тишина.

Он замер.

Я тоже.

Наверное, в другой ситуации рассмеялась бы над формулировкой.

Сейчас не могла.

Слова просто прошли сквозь всё.

Через страх.

Через боль.

Через последние дни.

И остались.

Тимур смотрел так, будто уже пожалел, что сказал именно сейчас.

Я положила ладонь ему на грудь.

Чувствовала сердце.

Быстрое.

— Это не проблема.

Он закрыл глаза.

Всего на секунду.

Я продолжила:

— Я тоже тебя люблю.

Вот теперь изменилось его лицо.

Сразу.

Не улыбка.

Не облегчение в чистом виде.

Что-то намного сильнее.

Тимур обнял меня.

Осторожно сначала.

Я сама прижалась ближе настолько, насколько позволял бок.

Он уткнулся лицом мне в волосы.

Ничего не говорил.

И впервые после похищения мне не требовалось от него ни одного слова.

Мы не целовались жадно.

Не пытались превратить признание в секс.

Даже мысли такой не было.

Моё тело ещё слишком хорошо помнило чужие руки, удары и беспомощность, чтобы я хотела сейчас чего-то большего.

Но прикосновения Тимура не пугали.

Это было важно.

Он провёл ладонью по спине.

Медленно.

Я сама подняла лицо и поцеловала его.

Просто.

Губы к губам.

Тимур ответил так же осторожно.

Никакого давления.

Никакой попытки продолжить.

Когда отстранились, я осталась совсем близко.

— Ты всё ещё собираешься уйти?

Он тяжело выдохнул.

— Уже понимаю, что ты меня всё равно не отпустишь нормально.

— Не переводи.

В губах появилась слабая улыбка.

Вот.

Наконец-то Тимур.

— Нет.

Он посмотрел прямо.

— Не хочу уходить.

— Тогда оставайся.

На этот раз он кивнул.

И я поверила.

Вечером впервые попросила его остаться у нас на ночь.

Не увезти меня к себе.

Именно остаться здесь.

Это означало разговор с отцом.

Короткий.

Неловкий.

Но папа посмотрел на меня, потом на Тимура и согласился.

Наверное, после всего произошедшего правила о том, когда парень дочери может остаться в доме, потеряли прежнюю важность.

Тимур лёг рядом со мной в одежде.

Поверх одеяла сначала.

Я посмотрела.

— Ты серьёзно?

— У тебя ребро.

— Оно не заразное.

Он почти улыбнулся.

В итоге лёг нормально.

Я устроилась на правом боку, спиной к нему.

Тимур не обнимал, пока сама не взяла его руку и не положила на талию.

Тогда он придвинулся ближе.

Не слишком.

Так, чтобы не давить на больное место.

Я чувствовала его дыхание возле затылка.

Тепло руки.

И постепенно заснула.

Проснулась ночью.

Резко.

Но без крика.

Комната была тёмной.

Первые две секунды снова не понимала где.

Потом почувствовала руку на талии.

Тимур.

Сразу вспомнила.

Дом.Моя кровать.Безопасно.

Я пошевелилась.Он проснулся мгновенно.