Онлайн книга «Фиалковое сердце Питбуля»
|
Прижать к себе и никогда не отпускать. Ни на секунду. Чтобы повторение пугающих слайдов не могло произойти никогда. — Эва! Я взрыкиваю от злости на себя и свою идиотскую затею, теперь не кажущуюся такой безобидной. Сердце молотит, как чумное, от циничности посмеивающегося внутри головы шепотка, а меня промораживает до костей от мысли, ужасающей одним своим появлением. «Я едва не потерял самое ценное. Не кто-то другой, а я.» И этот ужас никак не отпускает и не уходит. Я лишь немного ослабляю хватку, чтобы Эва могла дышать – снова поставить ее на этот пятачок меня никто не сможет заставить. Даже под угрозой смерти не отпущу. Я не знаю сколько прошло времени, ведь все вокруг потеряло свою значимость. Самое ценное, что могла подарить и подарила мне судьба, находилось не на счетах или в ячейках, спрятанных за толстыми железобетонными стенами банковских хранилищ. Единственное, что имело смысл и значение, я держал в своих руках, стоя на верхушке подводного шпиля по плечи в воде. Крохотный клочок незыблемой тверди, а вокруг него смерть в кажущемся лишь на первый взгляд спокойствии моря. Эфемерный островок мнимой безопасности, которого не хватило устоять нам двоим, но достаточного для того, чтобы я за мгновение осознал и отсек все лишнее. Разом и без сожалений. Глупо жалеть о том, что не имеет смысла и никогда не принесет даже тысячной доли того счастья, которое я испытывал, прижимая к себе Эвридику. А она одним простым движением превратила эту воображаемую тысячную в настолько микроскопическую величину, что только математики смогут понять смысл и красоту простой дроби, где над чертой стоит единица, а под ней десять в степени бесконечность. Один человек в одну секунду стал для меня важнее любых благ, какими бы огромными они ни были. И этот человек просто обхватил мои бедра ногами, чтобы мне было легче. Секунда, вторая, третья… Каждая – замедленная и растянувшаяся в вечность. Чтобы мы смогли прочувствовать и насладиться красотой расцветающего внутри нас волшебства. Я поднимаю глаза, мечтая увидеть фиалковые озёра. Тону, растворяюсь в них без остатка, не разрывая взгляда. Почувствовав прикосновение пальцев, скользнувших по моим плечам, впитываю их робость и смущение, отдавая взамен свою уверенность. «Возьми столько, сколько нужно. Если хочешь, забери все до последней капли. Ведь между нами не может быть иначе.» И будто услышав эти мысли, прочитав их в глубине моих глаз, Эва смелеет, а ее руки обвивают мою шею. Снова тягучие секунды. Я не знаю сколько их прошло, но уверен, что эта пауза жизненно необходима нам двоим. И мне, и Эве. Пауза, после которой не может остаться сомнений. Пауза, чтобы принять простую истину: «Мы – одно целое, та самая единица, стоящая над чертой. То, что происходит между нами, – единственно важное и имеющее смысл. Все остальное – пыль.» Пауза, чтобы решиться, сделать вдох и шагнуть дальше. Вместе. Выдох. Едва слышный, сорвавшийся с приоткрывшихся губ. Звук, который мог бы затеряться в шелесте волн или спрятаться, прикинуться отголоском ветра. Только для меня выдох Эвридики звучит громче выстрела. Я слышу его, вижу, чувствую кожей и понимаю, что он значит для нас двоих. Линия, разделяющая лист на двое. До нее – мы шли порознь, были она и я. После – только мы. И как от удара кнута, рассекающего перетянутые нервы стопоров одним щелчком, в голове пронзительно звенит, оглушая, а сердце срывается вскачь. Я тянусь к выдохнувшим губам, пробую их тепло, согревая своим. Целую, задыхаясь от податливой упругости и ответной смелости. Нежность в ответ на нежность, выдох встречает вдох и забирает ответный. Жар, разбуженный нашими поцелуями, опаляет губы, разгоняет вскипевшую в венах кровь, плавит стыд и смущение. |