Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 113 – Лана Муар

— Аукцион на участки земли, – Карина выкладывает на стол четыре тонких стопки листов со стандартными условиями участия в аукционе, и на одном я замечаю красные росчерки текстовыделителя на сумме стартового взноса и кадастровом номере.

— Почему этот? – спрашиваю, притягивая к себе помеченное предложение и игнорируя оставшиеся.

— Доступность к транспортному кольцу, большая площадь и низкий входной порог.

— Карина? Мне напомнить, что чья-то подружка работает в мэрии или сама вспомнишь про Леночку? – выгнув бровь, поднимаю взгляд на секретаря, и она с довольной улыбкой выкладывает на стол ещё один лист:

— Через два года планируется застройка этого микрорайона.

— Лисовский в курсе?

— Да. Ходят слухи, что он уже присматривается к возможному тендеру на застройку.

— Черт! – скрипнув зубами, несколько секунд оцениваю аппетиты Лисовского и все же решаю рискнуть. – Забираем. Передай Альбине, чтобы заявку подавала в последний день, и попроси Леночку принести на хвосте список участников аукциона. Если там будет фигурировать Лисовский, нам ловить нечего.

— Хорошо, Назар Георгиевич, – закрыв папку с текучкой, Карина перекладывает ее под вторую, а оказавшуюся теперь сверху с гордостью кладет на стол, только я не тороплюсь и не собираюсь изменять заведенный ход отчёта.

— Теперь к личному. Как настроение в коллективе? И как там наша Саша? Живая?

— В коллективе все хорошо, Назар Георгиевич, а Саша… хорошо, – Карина изо всех сил старается сдержать улыбку, но все же ломается раньше, чем я успеваю мысленно досчитать до десяти. – Она вчера позвонила и сказала, что Гоша сделал ей предложение.

— Я так понимаю, у нас скоро назреет вакансия бухгалтера?

— Нет, – мотнув головой, девушка заулыбалась шире. – Саша ничего толком не говорила, но если я правильно поняла, Гоше предложили место здесь.

— Уже легче. Что-нибудь ещё? Может, кто-то ещё собирается замуж или жениться?

— Пока никто, Назар Георгиевич.

— Хорошо. И сядь уже, – показал Карине на стул по левую руку от стола, а сам пересел на стоящий напротив. – Теперь, я так понимаю, можно смело переходить к самому интересному – твоему «попробую».

Придвинув к себе папку и развернув ее, я постучал по ней пальцами, но так и не открыл, чем изрядно удивил секретаря. Она на мгновение замерла, потом поправила очки и негромко прочистила горло. Снова потянулась к очкам, тушуясь от моего молчания и прямого, непривычно цепкого для нее взгляда:

— Что-то не так, Назар Георгиевич?

— Почему ты так решила, Карина? – вопросом на вопрос ответил я, продолжая изучать лицо секретаря, будто вижу ее впервые.

— Не знаю, Назар Георгиевич… Просто… вы так странно смотрите на меня, – бросив быстрый взгляд на Глока, молчаливо уткнувшегося в свою книгу, Карина уже в третий раз за последнюю минуту поправила очки и положила ладони на колени. – Вам звонил Роман Федорович? – неуверенно произнесла она и растерянно приоткрыла рот, когда вместо ответа услышала вопрос:

— Самая крупная закрытая сделка за последний год?

— Загородный дом Пархатова, Назар Георгиевич. Я же недавно приносила вам выписку со счетов.

— Суммы его трех последних транзакций? – встав со стула я обошел стол, чтобы взять свою кружку с кофе и два чистых листа и вернулся обратно под запинающееся: