Книга Связанные прошлым, страница 143 – Кора Рейли

Данило вскочил на ноги, и я тоже встал, только Пьетро, казалось, застыл на своем месте.

— Как ты думаешь, он прислал нам кусочек Серафины? – спросил Леонас.

Я подошел к столу, схватил его за руку и рывком поставил на ноги. Он вздрогнул.

— Наверх! – прорычал я.

Взгляд Леонаса вспыхнул от шока. Я отпустил его, и он помчался наверх.

— Вы тоже, – велела Валентина Анне и Софии, которые не колебались ни секунды.

— Открой ее, – прошептала Инес, вскочив на ноги и опрокинув свой бокал. Она бросилась к Сэмюэлю, словно хотела вырвать у него посылку, чтобы посмотреть, что внутри. Я не мог этого допустить. Не раньше, чем я узнаю, что там внутри. Инес была сильной женщиной, но некоторые вещи она просто не могла вынести.

Я обхватил ее за талию, останавливая. Она яростно сопротивлялась.

— Отпусти меня, Данте! Отпусти меня!

Я не отпустил.

— Инес, успокойся.

Она оскалилась.

— Ты бы успокоилась, если бы вместо Серафины была Анна? Если бы внутри был ее палец или ухо? Не смей больше никогда говорить мне, чтобы я успокоилась, слышишь?!

Инес всегда была уравновешенной, спокойной женщиной. Она никогда не кричала на меня. Пьетро, наконец, поднялся на ноги и обошел стол, прижимая Инес к себе.

— Инес, позволь нам…

— Нет!

Инес зашипела и вырвалась из рук Пьетро. Пошатываясь, она подошла к Сэмюэлю, который не пытался бороться с ней, когда она вырвала посылку из его рук и разорвала ее. Из коробки выпала белая простыня. Оно мягкими волнами рассыпалось по земле, открывая кровавое пятно.

Инес издала придушенный звук. На мгновение мы все замерли. Нельзя было ошибиться, что означает кровь.

Сэмюэль наклонился, поднял прикрепленный к простыне лист бумаги и начал читать низким, дрожащим голосом:

«Дорогие Данте, Данило, Пьетро и Сэмюэль!

Я уверен, что вы все собрались в это непростое для вас всех время.

Это позволяет мне преподнести свой подарок всем вам. Делиться – значит заботиться, верно?

Я всегда считал традицию кровавых простыней Семьи пережитком прошлого, но должен сказать, что считаю, что вы меня переубедили. Есть что-то очень приятное в том, чтобы предъявлять противникам доказательства своей победы. Вы будете рады услышать, что я дал Луке знать, как я позаимствовал традицию его Семьи, чтобы послать вам очень наглядное сообщение. Он передает вам привет.

Если ваши измученные беспокойством мозги не могут расшифровать послание на простынях, позвольте мне объяснить вам все по буквам. Эти прекрасные девственно-белые простыни свидетельствовали о том, что Серафина была обесчещена.

Должен сказать, Пьетро, ты вырастил фееричную особу. Она боролась со мной до последнего, защищая свою честь. Это сделало мои притязания на твою прекрасную дочь еще более увлекательными».

Голос Сэмюэля затих. Инес упала на колени и заплакала. Слезы текли по лицу Вэл, ее пальцы дрожали, прижатые ко рту, а глаза, полные ужаса, смотрели на меня.

Данило уставился на простыни, его лицо застыло, руки безвольно повисли вдоль тела.

Пьетро повернулся к нам спиной, его плечо дрожало. Мои мышцы свело от шока и гнева, настолько сильного, что он грозил разрушить стены, которые я возводил десятилетиями.

Сэмюэль продолжал читать, его голос был надломленным и измученным.

Интересно, что ты чувствуешь сейчас, Данило, зная, что я забрал то, что было обещано тебе?