Книга Черно-белые чувства, страница 94 – Дарья Волкова

И… Это были прекрасные слова. И обстоятельства тоже прекрасные. И «любимая»…

Но ей ли эти слова? Когда тебя называются абстрактной «девочкой». Может быть, утром, спросонья, они адресованы другой? Той, что и в самом деле была любимой.

Обстоятельства не располагали к таким мыслям. Но мыслям, оказалось, все равно. Даже не мысли — паника. Тая замерла вся. Вот сейчас, сейчас она услышит имя. Не свое. Девочка моя любимая, Ир…

— Таечка… — Артем зарылся лицом ей в изгиб шеи. Стало щекотно. И… Он назвал ее по имени?! Любимая — это все-таки ей? Таисии?! — Тая моя любимая. Счастье мое. Не думай обо мне плохо, но… — тут его руки сжались плотнее. — Я тебя замучил, понимаю. Но ты такая… — он смачно поцеловал ее в основание шеи. А у Таисии вырвался совершенно неконтролируемый всхлип. Так все эти слова — все-таки ей?!

Артем за ее спиной замер. А потом отодвинулся и за плечо повернул к себе. Тая зажмурилась, совершенно по-детски.

— Так. Я тоже не рад, что сейчас половина седьмого утра, и понедельник, и вообще, нам надо вставать и идти на эту чертову работу. Мне — точно надо. Но это не повод для слез. Тая… — она почувствовала, как подбородка коснулись пальцы. — Тая, посмотри на меня.

Это все-таки стало их фирменной фразой. Таисия открыла глаза.

Летнее солнце пробивалось сквозь шторы и светило Артему в спину. И его лицо… Тая не могла почему-то рассмотреть лицо Артема.

Наверное, все-таки, совсем без разговоров нельзя.

— Тая… Что случилось? Не молчи. Говори.

— Я… — она с трудом перевела дыхание. Куда-то и почему-то делся весь воздух. Наверное, совсем без разговоров нельзя. Если Артем назвал ее любимой… Это же он ее, Таю, назвал?! — Я… Мне показалось… Я подумала… — и замолчала. Выговорить это казалось теперь глупым. И она не ревновала. И совсем не хотела, чтобы именно сейчас… Но почему-то, почему-то же она подумала про другое имя! — Я подумал, что ты скажешь… после «любимая девочка»… другое имя. Не «Тая».

— А… А какое? Как тебя называть? Я же всегда тебя Таей называю. Ну, в последнее время. И дома тебя так же называют. Или полным надо было? Таисией? Может, по имени-отчеству? — уголок губ пополз вверх, как будто это в самом деле смешно! А потом вдруг замер. И выражение лица У Артема изменилось. Только Тая не могла понять — как. Она вообще ничего не могла понять. И очень хотелось снова зажмуриться, но она смотрела. Как лицо Артем приближается.

Вот его ладони обняли ее лицо, лоб прижался ко лбу.

— Ох, Тая, Тая… Я думал, что никогда уже не скажу этих слов. Был уверен. Но появилась ты и… Я тебя люблю, моя Тая. Веришь мне? — она все-таки зажмурилась. И вот, зажмурившись, закивала. — Любишь меня?

— Да. Сильно. Очень-очень сильно.

И распахнула глаза, чтобы видеть. Чтобы утонуть в этом теперь совсем-совсем родном сером взгляде.

— Нет, я люблю тебя сильнее.

— Это почему? — счастливо возмутилась Тая.

— Я люблю тебя больше, потому что я уже терял. И думал, что никогда больше не смогу.

Она медленно провела рукой по колючей щеке.

— А ты смог.

— Ты смогла.

Тая вздохнула — и обняла крепко-крепко. И вдруг вздрогнула всем телом.

— Что еще?! — Артем попытался заглянуть ей в лицо. — Тая!

— Просто… Просто я никогда не думала… Что в половину седьмого утра в понедельник можно быть такой счастливой.