Книга Няня для дочки отца-одиночки, страница 103 – Олли Серж

Он выходит из–за стола и идет в прихожую.

— Я прошу прощения, – шепчу подавлено. – Кто же знал, что такая встреча случится…

— Боря проводи….

— Не нужно! – Взмахиваю я руками и бегу за майором.

У меня внутри все клокочет и рушится. Вахтанг и так очень тяжелый человек, и тема слишком болезненная. А здесь ему пришлось выставить ее на показ.

— Ну и во что твоя дочь вляпалась на самом деле? – Слышу я, как старая балерина прессует тещу майора. – Рассказывай…

Надеваю туфельки и вылетаю на улицу.

Вахтанга догоняю возле машины.

Он хмурый, как надвигающаяся гроза и нервно курит, смотря куда–то в даль перед собой.

— Ты нормально? – Подаю голос. Касаться не решаюсь. – Я хотела сказать, что Скрябины – нормальные люди. Они вправят твоей теще мозги…

— Если там ещё осталось, что вправлять… Ладно. Поехали.

Выбрасывает сигарету.

Я послушно сажусь в машину.

— Ты сердишься на меня? – Шепчу.

— Нет… – качает головой. – Просто нужно успокоиться.

— Вахтанг… можно я тогда скажу?

— Ну…

— Может быть, нам нужно поговорить ещё раз с этой Алевтиной Семеновной. Дело в том, что Скрябина не стала бы дружить с сумасшедшей… Может быть, человеку плохо?! Вахтанг! Ведь Милла Георгиевна тоже была строга не просто так.

— Про сына тебе рассказывала?

— Да…

Добрый усмехается.

— Интересный вы женщины люд. Вам какую сказку друг про друга не расскажи – всех готовы оправдать и пожалеть. Надумаете себе бед и проблем!

— Оо… – хмыкаю. – Я тебя уверяю. Это далеко не так. Просто крыса зажатая в угол, иногда убивает кота.

— Ты меня что ли предостерегаешь? Я не понимаю? Зарина, извини. Даже если ты сейчас пытаешься донести до меня что–то очень мудрое, я не готов общаться!

— Прости… – сжимаю его руку на коробе передач.

Мне на телефон приходит сообщение от Бориса с просьбой перезвонить, когда я буду одна.

Отворачиваюсь к окну, чтобы смущать Вахтанга. Чувствую себя виноватой, хотя прекрасно понимаю, что это не так.

Мы с майором молчим до самого дома, и у меня на душе становится так тяжело, будто я проглотила килограмм щебня, заправленного самым жирным майонезом.

Прямо до изжоги…

Вахтанг тормозит возле забора.

— Мне вещи сейчас забрать или лучше до вечера? – Спрашиваю осторожно.

Добрый глушит мотор и трет лицо руками.

— Значит, ты считаешь, что старухе надо дать шанс?

— Я…. – теряюсь. – Я не утверждаю. Но…

— Хорошо. Я подумаю.

— А вещи?

Вахтанг смотрит на часы.

— Вечером. Сейчас я уже везде, где мог, опоздал. Аленку поцелуй и скажи, чтобы Милла Георгиевна выходила. Подброшу ее.

Глава 50

ЗараЗа

Пока еду в лифте, судорожно ещё раз перечитываю документ, который составила для начальника.

Сомневаюсь ли я? На сто пятьдесят процентов! Даже позавтракать от волнения не смогла. Но в меня так верят…

И Влада, и Млла Георгиевна, и даже майор вдруг изменил свое мнение касательно моей работы. Коллеги ждут отмечать успех.

Они явно этого не говорят – боятся Вороновой. Я понимаю. У всех разные обязательства, и нужно как–то работать. Но настроения таковы, что коллектив ждёт её ухода.

С пересохшим горлом, потому что вся вода ушла во вспотевшие ладони, захожу а приемную.

— Привет! У себя? – Киваю на кабинет босса секретарю.

— У себя, – кивает Сонечка. – Выпил кофе. В хорошем настроении. Иди.

Я стучу в дверь и жду ответа. Нервно улыбаюсь, потому что накрывает дежавю. Перед первым собеседованием много лет назад я также возле этого кабинета чуть сознание не потеряла. Телевидение мне казалось местом обитания небожителей.