Книга Десятый стежок, страница 61 – Джейн Джонсон

Один из налетчиков угрожающе сунул свой клинок чуть ли не в лицо младенцу и, обнажив зубы, как рычащая собака, рявкнул: «Сакут!^[21]» Вопль ребенка тут же стих, сменившись испуганным хныканьем.

А в церковь всё входили и входили иноземцы, выкрикивая что-то на непонятном языке и размахивая саблями. Констебль Джим Керью, видимо, памятуя о служебном долге, подскочил к одному из пиратов и попытался вырвать оружие. Но тот выхватил из-за пояса кривой нож и всадил констеблю в шею. Кровь полилась фонтаном и забрызгала всех в радиусе четырех футов.

Тут же началась паника, словно до этого момента собравшиеся пребывали в сомнениях по поводу сути происходящего.

— Боже, спаси нас! Господи помилуй! Помогите! – кричали все.

В дальнем конце церкви Джек Келлинч перескочил через скамью, волоча за собой Мэтти, и рванул к двери в ризницу, но дорогу ему преградила группа людей в черных плащах.

— Назад, неверный пес! – прорычал один из них.

Джек остановился, оглядывая противников, словно взвешивая свои шансы, но Мэтти повисла на нем и потянула за руку.

— Джек, не надо! – кричала она. – Делай, как он сказал!

Но тот все же сделал попытку прорваться, и тогда один из пиратов, бросив что-то нечленораздельное своим сотоварищам, ударил Келлинча в грудь, да так, что тот отлетел назад, сбив с ног Мэтти, которая, в свою очередь, повалила на пол еще троих, стоявших позади.

А пиратов становилось все больше – двадцать, сорок, пятьдесят, – скоро их стало невозможно пересчитать. Маленькая церковь вдруг оказалась битком набитой людьми. Стало невыносимо жарко и душно, кругом кричали. Все вокруг было буквально пропитано страхом. Потом в центре хаоса возникла фигура высокого мужчины, который прошел по нефу, как крыльями размахивая полами своего темно-синего плаща. Пираты отхлынули, освобождая ему дорогу. Его кожа напоминала цветом полированное ореховое дерево, голова была повязана куском темно-красной ткани, концы которой свисали ему на плечи. На темных запястьях блестели тяжелые браслеты, а на серебряном поясе висела кривая сабля, украшенная богатой золотой насечкой. Главарь обозрел тела на полу, завывающих детей, перепуганных женщин, мужчин с побледневшими лицами.

У него был длинный прямой нос и черные пронзительные глаза, что делало его похожим на хищную птицу, безжалостную и способную на все. Эта мысль пронзила Кэт, по спине пробежал холодок ужаса. Пират в красном тюрбане крикнул что-то на своем языке, и остальные тут же бросились исполнять его приказание, рассыпавшись по церкви и оттесняя прихожан. Главарь же подошел к проповеднику Трурану и встал перед ним. Так они и стояли некоторое время, пожирая друг друга взглядами, потом пират усмехнулся и одним изящным, как у танцора, прыжком оказался позади проповедника, а тот вдруг обнаружил, что к его горлу прижат клинок дамасской сабли.

— Сядьте все на свой места и заткнуться, иначе я убью ваш имам! – крикнул пират. По-английски он говорил с ошибками и сильным акцентом.

Воцарилась полная ужаса тишина. Все расселись по скамьям, подавленные, словно дети, которых строгий воспитатель застиг за недозволенной игрой. Главарь пиратов оглядел их с нескрываемым удовлетворением.

— Вы идете с нами, – заявил он. – Без бой, без сопротивлений. Вы идете с нами на наш корабли, и мы не причинять вам зло. Кто пробует бежать, мы убить. Понятно? Так очень просто.