Онлайн книга «Десятый стежок»
|
— Вы много плавали в этих местах, сэр? – осведомился Роб, как из любопытства, так и из стремления сменить тему разговора на менее мрачную. — Я ходил в Берберию четыре или пять раз и всякий раз клялся, что это плавание будет последним, – ответил Маршалл, накручивая на палец прядь из своей седой бороды. – Климат там поганый, а тамошние обитатели еще поганее. Но там можно делать хорошие деньги, так что я постараюсь поскорее сколотить себе приличный капитал, чтоб оставшиеся годы наслаждаться жизнью. Возможно, даже среди этих африканских подонков, как их называл умница Марло. — Марло? Маршалл обменялся с моряком насмешливыми взглядами. — Ха! Да этот малый даже не слыхал про Кита Марло[77], самого блестящего драматурга, когда-либо осчастливившего наши берега своим творчеством! Моряк пожал плечами. — Парень еще слишком молод, – заметил он вполне справедливо. – Марло был похоронен еще до того, как он родился. Маршалл вздохнул: — Вот и говори после этого о бессмертии… Лучше уж горшок золота прямо здесь и прямо сейчас, так я считаю. – Он обернулся к Робу, и его глаза блеснули. – Эти мерзкие пираты из Алжира, эти проклятые ублюдки, эти африканские подонки – он их насквозь видел, этот Кит Марло! Тебе бы не помешало как-нибудь прочитать хоть что-то из его вещей, если книга попадет тебе в руки. – Тут он встал в задиристую позу и продекламировал звенящим голосом: Как жаль мне их, потомков Магомета! Мой меч мильоны турок бросил в ад, Разил жрецов их, и друзей, и братьев. Меня же не коснулся Магомет… И изысканным жестом пронзил Роба воображаемым клинком. — Да, еще несколько лет назад я выступал на сцене! – Он вздохнул. – Прекрасное было времечко, просто отличное! Ах, как народ аплодировал, когда Тамерлан швырял в огонь священную книгу магометан и плясал на ее пепле! — У нас в Корнуолле театр не пользуется особой популярностью, – неуклюже попытался оправдаться Роб. – К тому же, как я полагаю, мы слишком уважаем печатное слово, чтобы сжигать книги, даже если они не наши. — Храни меня Господь от ссылки в провинцию! Ничего удивительного, что Джон предпочитает большую часть времени болтаться в городе. А если женщины в Корнуолле такие же праведницы, как ты, то там у вас вообще нет никаких развлечений. — Мне всегда казалось, что Уилл Шекспир больше популярен, чем Кит Марло, – заметил моряк, не желая быть исключенным из разговора. Маршалл скорчил презрительную гримасу: — Ну, старина Шейк-э-стик[78] немного слабоват, он какой-то мягкий, прямо как масло, и вечно пресмыкается перед той партией, что сейчас у власти, да к тому же слишком многословен. Господи помилуй, некоторые монологи у него – это что-то невообразимое!.. Никогда не мог запомнить весь этот проклятый текст роли, вечно забывал куски, хоть и старался сорвать аплодисменты… — Но у него есть «Тит Андроник», – задумчиво сказал моряк. – Отличная вещь! — Ну, он просто постарался уловить общий дух времени. Но это ему никогда толком не удавалось, – пренебрежительно бросил Маршалл. – Нет, Кит Марло лучше всех, когда дело доходит до изображения жестокости. Никто не сравнится с его Тамерланом или с его евреем! Конечно, следует отдать должное и Тернеру, у него была настоящая слабость к сценам с насилием. Да и у Кида есть удачные места… |