Книга Черная роза, страница 207 – Диана Крымская

— Замок прекрасно укреплен. Здесь глубокий ров, подъемный мост, высокие стены с караульными на башнях. Вы не сможете сбежать отсюда, графиня.

— Сбежать я, может быть, и не смогу… Но убить вас, злодея, насильника и мерзавца, мне вполне по силам! — Доминик подскочила к ковру и сорвала с него кинжал. Отбросив ножны, девушка запустила клинок прямо в замаскированную физиономию господина Оннета. Он еле успел присесть, кинжал просвистел прямо над его головой.

Зарычав, Дом схватила теперь уже меч. Господин Оннет смотрел на нее.

— Неужели вы хотите убить меня? — спокойно спросил он. — Ведь я безоружен.

— И не задумаюсь! — выкрикнула она. — Берите меч! И знайте, что, если даже вы не будете защищаться, я вонжу клинок в ваше черное подлое сердце!

Он потянул меч со стены… и взял его в ПРАВУЮ руку. Значит, он все-таки не де Немюр! Хотя — какая теперь разница! Она ринулась на него. Сделала несколько яростных выпадов. Он отразил их — и круговым движение кисти с необычайной легкостью выбил клинок из руки девушки. Меч упал в нескольких шагах от нее. Господин Оннет подошел к ней вплотную и сказал, глядя в ее покрасневшее лицо и пылающие ненавистью глаза:

— Графиня… Успокойтесь, ради Бога. Вы только что пережили такой ужас — спрыгнули на всем скаку с лошади, чуть не утонули… Примиритесь с тем, что произошло. Клянусь вам всеми святыми, — я не причиню вам зла!

Доминик почти его не слушала. Как легко этот человек справился с ней! Но нет… бой еще не кончен… Она не сдастся! Никогда! Она вдруг со всей силы наступила ему на ногу. Он вскрикнул от боли и отступил назад. Девушка стремительно подбежала к лежавшему на полу мечу и подняла его.

— Продолжим, господин Оннет. Лишь один из нас выйдет живым из этой комнаты!

И Доминик снова бросилась на похитителя… Она сразу почувствовала, что что-то произошло. Что рука его как будто ослабела и не слушается. Девушка, вложив всю силу, ударила по его мечу, — и вдруг клинок ее противника оказался где-то далеко на другом краю комнаты… А ее клинок вошел почти до самой рукояти прямо в левое плечо господина Оннета.

Доминик, охнув, не без труда выдернула меч. Кровь неожиданно сильно забила из раны; белый колет моментально пропитался ею, и похититель Доминик, зашатавшись от резкой потери крови, упал к ногам девушки. Тяжело дыша, она наклонилась к нему, — он лежал на спине, — и наступила ногой ему на грудь, приставив к его сердцу меч.

Она увидела, как быстро бледнеет его лицо, становясь таким же белым, как и маска. Кровь страшным темно-красным пятном расползалась по паркету. Черные глаза господина Оннета потеряли блеск и начали затуманиваться. Но он вдруг улыбнулся ей и произнес угасающим голосом:

— Вы сдержали данное вами когда-то слово, Доминик де Руссильон… Настал ваш час — я прошу у вас пощады… — И потерял сознание.

…Доминик не поняла, — какое слово она сдержала? Что он этим хотел сказать? Но то, что он просил у нее пощады, остановило ее. Бешенство ее вдруг угасло. Кровавое пятно на полу все росло. Жив ли господин Оннет? Или уже мертв? Дом отбросила свой меч и, встав на колено, протянула руку к его белой маске, чтобы сорвать ее. Но это показалось ей такой же подлостью, что и прикончить его сейчас, когда он лежал перед ней, беспомощный и бесчувственный. Вместо того, чтобы снять с его лица маску, девушка прижала руку к его груди. Сердце не билось… Он умер!