Книга Черная роза, страница 124 – Диана Крымская

И Мадлен, рыдая, в бессильной ярости замолотила маленькими кулачками по его груди.

Герцог страшно побледнел. Доминик, остолбенев, смотрела на эту сцену.

Дом вдруг с ужасом увидела, как изменилось лицо де Немюра. Зрачки его глаз сузились, рот искривился, на скулах заходили желваки, левая бровь изломалась, как будто от приступа дикой головной боли. Он оторвал от себя слабые ручки баронессы, развернулся и быстрыми шагами пошел прочь по коридору.

Мадлен де Гризи вдруг вскрикнула и упала на пол. Она была в обмороке. Дом бросилась ей на помощь…

…Де Немюр в это время быстро шагал к спальне королевы. Он разъярился и впал в бешенство, — что случалось с ним крайне редко, ибо он обычно хорошо контролировал себя. Но сейчас он был в невменяемом состоянии и, хоть и был безоружен, представлял опасность для любого, кто посмел бы помешать ему.

Он прекрасно понял, о чем говорила баронесса. «Эта несчастная тоже стала жертвой моего кузена… как и Эстефания! И этот мерзавец опять надел маску, чтобы его приняли за меня!»

Разум его помутился. Им овладело одно дикое желание: убить Рауля де Ноайля — и сделать это немедленно, где бы тот ни находился! А находиться его кузен мог в этот час только в спальне Бланш.

То, что он собирается убить Рауля в спальне самой королевы, и чем ему это может грозить, не могло уже остановить рассвирепевшего де Немюра.

На его счастье, на лестнице между третьим и вторым этажами дворца дежурил в ту ночь барон де Парди. Увидев идущего ему навстречу герцога, де Парди шагнул к нему и окликнул, но де Немюр, словно не видя его, прошел мимо.

Барон взглянул ему в лицо — и сразу понял, что дело плохо. Такую вспышку бешенства у своего друга он наблюдал только один раз, — но воспоминаний хватило ему надолго!

Куда направился герцог? Он свернул на второй этаж… Неужели… Неужели — к королеве? Что он задумал?.. Догадаться было несложно.

Де Парди подозвал своих караульных. Одному он сказал:

— Собери как можно больше людей — десять, двадцать человек! Пусть все немедленно бегут к спальне ее величества!

— А ты, — он обратился ко второму, — беги к покоям ее светлости герцогини де Ноайль! Пусть тоже поспешит к королеве! Скажешь ей, что герцог де Немюр, похоже, собирается расправиться с ее братом! «Она девушка хладнокровная… И не испугается!..» — подумал барон.

Около спальни королевы стояли на страже двое рыцарей. Увидев кузена королевы, они отдали ему честь и спросили, чего он желает. Но говорить де Немюр был не в состоянии. Он схватил их обоих за шеи и с такой силой ударил шлемами друг о друга, что раздался дикий грохот, и оба телохранителя упали, потеряв сознание. Де Немюр ногой распахнул дверь и ворвался в спальню Бланш. Из соседней комнаты на грохот выглянула полуодетая герцогиня де Луна; но, увидев страшное лицо герцога, она вскрикнула в ужасе и захлопнула дверь. Королевы в спальне не было. Она спустилась на первый этаж к своей заболевшей младшей дочери, Изабелле.

Рауль де Ноайль, обнаженный, полулежал на разобранной роскошной кровати и играл с маленькой белой болонкой Бланш. Увидев своего разъяренного кузена, он побелел как простыня. Кинжал Рауля всегда лежал под подушкой, и де Ноайль тут же отшвырнул болонку, схватил его и вскочил на ноги; но молодой человек хорошо знал двоюродного брата и понимал, что тот и безоружный может справиться с ним.