Книга Рискованный маскарад, или Все его маски, страница 59 – Соня Лемармот, Диана Крымская

Гвен подошла и, протягивая ему руку, воскликнула оживленно:

— Дорогой эсквайр Догерти! Я очень рада вас видеть.

Ему пришлось, не очень охотно, но поцеловать ей руку.

— Баронесса Финчли, что случилось? Вы не замечали меня все это время — и вдруг такая любезность!

— Мой милый Саймон, — уже тихо, наклоняя голову к нему, сказала Гвен, — мы избегали друг друга оба, не так ли? Но, мне кажется, хватит нам играть в эти детские игры. Я узнала вас, вы, конечно, узнали меня. Обещаю: я вас не выдам, не беспокойтесь об этом.

— Как это благородно с вашей стороны. Помнится, раньше вы не отличались добросердечием и великодушием, — саркастически усмехнулся Саймон, понимая, что смешно отрицать очевидное.

Она вздохнула, и веер в ее руке затрепетал быстрее.

— Я не хотела вам зла, клянусь. Но, умоляю: забудем прошлое, Саймон. Сегодня я хочу, чтоб все вокруг были счастливы.

— Почему же?

Она пожала плечами:

— Просто так.

— С вами «просто так» не бывает, дорогая Гвен. Что-то случилось… Не этой ли ночью? Может, вам явился ангел, и вы, потрясенная, вступили на путь добродетели и раскаяния?

— Может быть. — Уголки ее губ дрогнули в улыбке, но тут же рот ее перекосился от ярости, потому что Саймон безжалостно добавил:

— Вы знаете, а я слышал и вас, и вашего ангела. Похоже, ангел принимал вашу исповедь лежа на кровати, потому что скрипела она невозможно!

— Негодяй! — прошипела Гвендолин, отшатываясь. — Мерзкий шпион!

— Я вовсе не шпионил, — засмеялся Саймон, — просто, прежде чем предаваться столь бурным любовным утехам, следует убедиться, что у вас либо глухие соседи, либо их вообще нет.

Баронесса с видом оскорбленной гордости окинула его ледяным взором. Саймон насмешливо подмигнул ей и, повернувшись, покинул залу.

— Тетя! Тетя, хватит есть! — нетерпеливо зашептала Ева, появляясь рядом с Гвен и опускаясь на соседний стул. Сама девушка взвинчено схватила с подноса сандвич и принялась нервно поглощать его.

— Что? Что такое? — прожевав, возмутилась Гвен. Она никак не могла насытиться. Безумная ночь любви вытянула из нее все силы, тело требовало подпитки.

— Мне нужно с вами поговорить! Он… Он такое сделал!.. — выдохнула Ева. — Я не знаю, что и думать! Что мне делать?

— Твой муж? — ахнула Гвен, временно возвращаясь с небес на землю.

— Тише! — шикнула Ева, испуганно оглядываясь. Убедившись, что рядом никого нет, она наклонилась к тетке и снова зашептала: — Мистер Догерти! Он признался мне в любви!

— Ах, вот оно что, — протянула, скривившись, баронесса.

— Тетя, что мне делать?

— Детка, я же просила звать меня Гвен.

Значит, баронесса все-таки не ошиблась, предположив, что Саймон попытается отомстить Корби, соблазнив Еву. Что ж, у мерзавца ничего не выйдет, Гвен об этом позаботится!

— Да, Гвен… Но что мне делать? — взволнованно прошептала Ева, с надеждой глядя на нее.

— Ты моя наивная девочка, — снисходительно улыбнулась Гвендолин. — Неужели ты не видишь, что этот Догерти обычный дамский угодник. Он хочет тебя соблазнить. Поразвлечься с тобой.

Личико Евы омрачилось.

— Но он говорил такие слова… так искренне… — растерянно сказала она.

— Все они говорят красивые слова, и все они искренни, а потом получают, что хотели, — и тут же забывают о любви. Ева, не верь ему, я таких, как этот Догерти, насквозь вижу.