Книга Рискованный маскарад, или Все его маски, страница 57 – Соня Лемармот, Диана Крымская

Ева не слышала шагов, но в какой-то момент поняла, что на нее кто-то смотрит. Слезы тут же прекратились, она испуганно подняла голову и увидела Догерти, застывшего на тропинке. Он смотрел на нее и хмурился, но вдруг лицо его перекосилось от ярости, будто он понял что-то.

— Я его убью! — рявкнул он и, резко повернувшись, направился к замку.

У Евы сердце затрепыхалось в груди. Она поняла, что эсквайр решил, будто Рокуэлл снова обидел ее, и она плакала из-за этого. Новая дуэль! Но нет, она не может этого допустить!

С криком она вскочила и бросилась за ним. Шаги Догерти были широкими, и ей пришлось бежать за ним, но, даже когда она схватила его за руку, он не остановился и несколько ярдов даже протащил ее за собой. Лишь когда запыхавшаяся Ева оказалась перед ним, обхватив его торс руками и толкая назад, он застыл.

— Куда вы? Стойте! Что вы там себе напридумывали, несносный вы человек? — быстро говорила она, удерживая Догерти на месте.

— Я не позволю Рокуэллу… — сквозь зубы процедил он.

— А причем здесь Рокуэлл? — тут же перебила его Ева.

Догерти недоверчиво посмотрел на нее, но было видно, что он уже немного отошел и вполне владеет собой. Ева вздохнула и позволила себе немного расслабиться. Она прижалась лбом к груди мужчины, чувствуя невероятное облегчение.

— Почему же вы плакали? — спросил он.

— Мало ли у молодой девица поводов всплакнуть? — почти весело спросила она. И вдруг поняла, что стоит вплотную к нему… и обнимает. Камзол его был расстегнут на груди, и щекой она чувствовала его горячее тело под сорочкой. Она вдохнула его запах. Ева не смогла бы его описать, но его запах ей нравился, он волновал, так же, как и близость с мужским телом.

— О, так, может, это были слезы радости? — с откровенным сарказмом уточнил Догерти.

— Все может быть. И почему вы злитесь? Что вам за дело до меня?

— Есть дело.

Ева хмыкнула, она даже не пыталась скрыть, что прижимается к нему, вдыхает его запах. Он ей нравился, и ее тянуло к нему.

Догерти обнял ее за плечи, он смотрел на нее оценивающе, будто что-то решал для себя. А она доверчиво нежилась в его объятиях.

Пусть он станет ее грехом… Ах, о чем она думает?! Она никогда этого не совершит! У нее есть жених… и может быть даже муж…

Возвращение в реальность было болезненным. Еву вдруг затрясло, а из глаз вновь хлынули слезы.

— Вы лжете мне! Он обидел вас! — Догерти сжимал ее плечи, заглядывал в лицо.

— Не обижал он меня! Просто меня тошнит от него! Не хочу за него замуж, вот и все! — вскричала Ева, вырываясь, но он не пускал, сильнее прижимая к себе.

Она задыхалась, захлебываясь слезами, а он вдруг стал баюкать ее, и девушка постепенно успокоилась. Она все также полулежала на его груди, чувствуя мокрую сорочку под щекой.

— Разорвите помолвку, — тихо сказал Догерти.

— Я не могу… — хриплым от слез голосом прошептала девушка.

— Можете, — настаивал он.

Она отрицательно покачала головой в ответ.

— А как же я?.. — прошептал он. И обреченность почудилась Еве в его голосе. Она удивленно взглянула в его лицо, оно было задумчиво и печально.

— Вы? — запинаясь, переспросила она, растерянно хлопая глазами.

— Да, я! Как мне жить дальше? — воскликнул он.

— Я не понимаю, — пролепетала девушка, отстраняясь. Он отпустил ее, и руки его, словно плети, безвольно повисли вдоль тела.