Книга Рискованный маскарад, или Все его маски, страница 44 – Соня Лемармот, Диана Крымская

Ева рассмеялась.

— Вы удивитесь, Гвен, но «балахон» у меня будет очень красивый! — воскликнула она, подбежала к сундуку и вытащила из него тонкую белую сорочку, всю расшитую жемчугом, строгую, но в тоже время изысканную.

— О! Я действительно удивлена! — искренне восхитилась Гвен. Она подошла к девушке и неожиданно взяла ее личико в свои ладони. — Ах, Ева, ты стала такой красавицей. Помню, раньше ты была худющей, одни глаза на все лицо, а теперь все так гармонично. Мужчины на тебя так и засматриваются! А эти твои кудряшки… прелестно!

— Кудряшки! — Ева сделала кислую мину. — Как они мне надоели! Все бы отдала за прямые волосы, как у вас, Гвендолин.

Но Гвен вдруг сделалась серьезной и не улыбнулась на это замечание.

— Детка, я должна с тобой поговорить. Это очень важно, Ева.

— О чем? — Глаза у Евы тревожно расширились.

— Сегодня я гуляла в саду и нашла вот это. Здесь указано твое имя, дорогая, — с этими словами Гвен извлекла из-за корсажа потерянное Евой письмо.

Ева тут же узнала его и ахнула — Боже правый, ведь это письмо Джека Грома! Но как оно могло оказаться в саду? Она сунула руку в потайной кармашек — пусто. Растяпа! Растеряха! Надо благодарить Всевышнего, что письмо нашла именно Гвен, а не кто-то другой!

Гвен отдала ей измятый конверт.

— Я прочитала его, — честно ответила она на безмолвный вопрос, читающийся в глазах Евы. — Прости, дорогая, не смогла удержаться. Мы, женщины, любопытны, ты знаешь. К тому же, почерк на конверте, на котором написано твое имя, настолько не похож на почерк человека из общества, что я как-то сразу насторожилась. Я подумала: «Быть может, моей милой Евангелине нужна помощь? Что может писать ей такой неграмотный тип?» И убедилась, что не ошиблась в своих подозрениях. Но неужели то, что пишет этот человек, правда? Ты замужем? И что это за угрозы?

Ева потрясенно молчала.

— Ева, я хочу тебе помочь! Ты можешь мне довериться полностью!

— Ах, Гвен, если бы вы только знали… — прошептала Ева, давясь горечью в голосе. Все ее бесконечные переживания, все проблемы разом навалились на нее, рискуя раздавить своим непомерным для ее хрупких плеч грузом.

— Расскажи мне все, дорогая. Уверена, мы найдем выход, — ласково сказала Гвен, беря девушку за руку и подводя к кушетке. Они присели, и Ева вдруг начала говорить. Ей так хотелось кому-то довериться, так необходимо было выплеснуть все, что накопилось в душе!

Она рассказала все. Как совершила глупость, сбежав от матери. Как ее похитили разбойники. Как она бежала со стариком-узником. Как он вынудил ее стать его женой. И как этот мерзкий негодяй оказался главарем бандитов Джеком Громом, как потом взял и утонул, и как вдруг прислал эту весть о себе, что он жив и находится где-то рядом.

— Вы видите, Гвен, в какой ужасной ситуации я оказалась! Я не могу выйти замуж за герцога Рокуэлла! Но какой скандал поднимется, если я вдруг разорву помолвку! Я в отчаянии, и не знаю, что делать, к кому обратиться! Отец… — Она всхлипнула. — У него с сердцем неважно. Был доктор. Ему прописали лекарства.

— Лекарства? От сердца? — мягко кладя руку на руку Евы, повторила баронесса.

— Да. Ему запрещено волноваться, вы понимаете? Если я скажу ему — Бог знает, как он переживет это! А мама… Вы знаете ее. Такой скандал для нее будет тоже страшным ударом.