Книга Рискованный маскарад, или Все его маски, страница 157 – Соня Лемармот, Диана Крымская

83.

Генри почесал Пум-Пуфа за ухом.

— Бросила, бедняга, тебя твоя хозяйка, — сказал он, невольно чувствуя, что слова относятся и к нему самому, и презирая себя за это. — Сбежала неизвестно куда.

Песик поднял мордочку и укоризненно посмотрел на Генри, словно говоря: «Ничего-то ты не знаешь».

— Что, ты считаешь, что я не прав? — разгадал его взгляд Генри. — Как бы я хотел, чтоб так и было! Но всё говорит о том, что она виновна. А ты, хоть и свидетель, мне сказать ничего, увы, не можешь…

Тут в гостиную вошел лакей и с поклоном доложил:

— К вам лорд Корби, сэр.

— Прекрасно, проводите его сюда. — Когда слуга вышел, Генри спустил Пуфа на пол и открыл большое французское окно, ведущее в сад: — Иди, погуляй, малыш.

Песик радостно побежал к кустам, а Лайс остался ждать гостя.

Едва друг переступил порог гостиной, Генри понял по его напряженному лицу: что-то случилось, и очень серьезное. Однако лорд Корби не торопился с откровениями. Он заговорил о том, для чего приехал в Лондон — чтобы передать королю доклад о деле маркиза Аллейна и прошение о посмертном оправдании графа Беркшира.

Они обсудили это, затем Генри поинтересовался здоровьем Кристофера, его жены и дочери, получив не слишком вразумительный и даже смущенный ответ, и в комнате воцарилось молчание.

— Я вижу, тебя что-то мучит, друг мой, — не выдержал, наконец, Генри.

— Да, это правда, — с тяжким вздохом признался лорд Корби. — Мне нужен совет. Но дело столь щекотливое… Не обижайся, я вовсе не хочу этим сказать, что не доверяю твоей деликатности, просто даже не знаю, как начать.

Он встал и отошел к окну, нервно потирая руки. Затем откашлялся и произнес быстро, не глядя на друга:

— Ева ждет ребенка.

— А, — только и сказал Генри.

— Для нас с женой это явилось полной неожиданностью.

— Понимаю.

— А для Евы это стало спасением. Она стояла на краю пропасти, еще немного — и мы потеряли бы ее. Теперь она хочет жить, ради этого ребенка. Ну, а мы… Леди Корби слегла. А я так растерян…

— Но Евангелина — замужняя женщина, — напомнил Генри, — она была обвенчана с Саймоном Шелтоном по всем правилам. В ее нынешнем положении нет ничего особенного.

— В том-то и дело, что у нас нет никаких доказательств ее замужества! — воскликнул лорд. — И это моя вина. Когда я узнал, что разбойник Джек Гром принудил ее выйти за него, я поспешил уничтожить все, что подтверждало этот брак. Викария, совершившего обряд, я отправил в Ирландию, а приходскую книгу, в которую были занесены имена моей дочери и Шелтона, самолично сжег. От деревни, в которой венчалась Ева, мало что осталось: всем свидетелям я щедро заплатил, и они разъехались кто куда. Мог ли я знать, чем все это обернется?

— Да, ты прав, если так, дело принимает совсем иной оборот, — согласился Генри.

— Я готов был попробовать разыскать свидетелей и викария, но сколько на это уйдет времени?

— А если ты даже найдешь их, и они подтвердят всё, сразу возникнет вопрос: как же ты собирался выдать Еву, если она уже была замужем, за герцога Рокуэлла? — резонно заметил Лайс.

— Вот именно, — мрачно подтвердил Кристофер. — Скандала не избежать. Поэтому я и приехал к тебе в Лондон. Единственное, что может спасти честь семьи — это немедленное замужество Евы. Леди Корби предложила обратиться к герцогу Рокуэллу…