Книга Рискованный маскарад, или Все его маски, страница 136 – Соня Лемармот, Диана Крымская

* * *

…У леди Корби, как и ожидала Гвен, от услышанной новости округлились глаза. Кузина до смерти боялась заразных болезней, — и на этом-то и пришло на ум сыграть баронессе.

С самым встревоженным видом она объявила леди Корби, что одна из приехавших с ней служанок, кажется, подхватила неизвестно какую хворь. Завтракающая с мисс Берри хозяйка замка даже поперхнулась.

К счастью для Гвен, леди Корби всегда вставала рано, и ей не пришлось ждать, пока та проснется.

— Не хочется вас пугать, дорогая кузина, но у нее все лицо обсыпало, смотреть страшно! — говорила Гвен.

— О, мадам, — вмешалась мисс Берри, — я видела, как она платком лицо закрывала, из вашей кареты выходя!

— У нее уже тогда прыщички какие-то появились, только я не придала этому значения… — скорбно поджала губы Гвен.

— А сами-то вы как себя чувствуете? — перебила ее леди Корби.

— Неважно. Слабость, разбитость.

— Вам лучше лежать.

— О да, — с готовностью отозвалась Гвен, — я и встала только потому, что хотела попросить вас, дорогая кузина, разрешить Сюзи отправиться с Пум-Пуфом в Лондон.

— А что, с вашим псом тоже что-то не так?

— Я за него переживаю. Он, мне кажется, простудился. Его бы надо к врачу. В Лондоне у меня есть знакомый ветеринар…

— Хорошо, — леди Корби кивнула, — чем быстрее вы отправите эту вашу девушку в столицу, тем лучше. А сами лучше лягте.

— Благодарю за заботу, кузина. Я так и сделаю. Но сначала надо распорядиться, чтобы мой кучер Джозеф приготовил для Сюзи карету.

— Не стоит вам ходить по замку, дорогая. — Леди Корби поднялась с дивана. — Ступайте к себе. Я сама распоряжусь.

— Вы так добры! Сюзи будет готова очень скоро. Она накинет вуаль, — бедняжка не хочет показывать никому лицо.

— Конечно, конечно… Идите же! И лежите, не вставайте. Я пришлю к вам врача.

— Я пока посплю. К вечеру пусть придет. — И, довольная удавшимся предприятием, Гвен вернулась к себе.

* * *

— Ну, что скажешь? — Гвен стояла перед зеркалом в платье, с которого Джейн спорола кружева, чтобы сделать его попроще, и накинув на голову плотную вуаль. — Похожа я на горничную?

— Пожалуй, что да, миледи.

— Сбегай, посмотри, карета там готова?

Джейн убежала и, вернувшись, доложила:

— Готова, миледи! Джозеф на козлах сидит.

— А этот… мужчина… он все еще в коридоре?

— Прямо под нашей дверью, как часовой на страже.

— А виконт Мандервиль… Он не вернулся? Ты его во дворе не видела?

— Нет, миледи.

Гвен глубоко вздохнула.

— Бери Пум-Пуфа и пойдем, — сказала она и взяла в руку дорожный сундучок. — Будешь по дороге называть меня Сюзи. И разговаривать со мной как с подружкой.

У Джейн глаза стали как две плошки:

— Миледи, да разве я осмелюсь?..

— Осмелишься. Это приказ, поняла?

— А о чем говорить, миледи?

— Выражай мне сочувствие. Говори, как жаль, что я больна и вынуждена уехать. Жалуйся, что у тебя работы с моим отъездом прибавится. Поняла?

— Поняла. Но я не посмею, Бог мне свидетель, не посмею!.. — лепетала испуганно Джейн.

…Однако, едва они ступили за порог, как ее испуг и несмелость как ветром сдуло. Воистину в этой маленькой невзрачной девице погибла великая актриса!

— Недолго же ты, Сюзи, у госпожи продержалась! — со злорадством изрекла она. — И поделом. Рассказывай другим сказки, откуда у тебя прыщи по всему лицу. Меня не проведешь, небось путалась с кем попало!