Книга Сага о викинге, страница 182 – Александр Мазин

Точный, хорошо поставленный удар – короткий, мощный, с вложением корпуса. Такой даже ребро не остановит, попади оно под клинок. Но, как сказано выше, киллер бил туда, где ребер не росло. Зато имелся богатый, изукрашенный серебряными фигурками пояс.

Большое спасибо моей персональной удаче! Острие угодило в серебряного дракончика, разрубило его, надрезало толстую кожу пояса и увязло в кольчужном плетении засунутых за пояс рукавиц.

В такие моменты башка у меня отключается. Руки-ноги и всё прочее работают сами. Второй тычок не прошел – увяз уже не в рукавице, а в моем захвате. И сразу доворот и толчок вверх, используя инерцию разворота и рывок попытавшегося освободить руку киллера.

Вверх, потому что в корпус – бессмысленно. Броня.

Впрочем, убивать его я не собирался. Злодей должен был отшатнуться, уходя от клинка (нормальная реакция, когда тебе в глаза суют острое железо), потерять баланс, и тогда (наработанная связка) я бы его с легкостью подсек и уложил мордой в снег, завернув руку с кинжалом к затылку.

Либо у кудлатого было что-то с безусловными рефлексами, либо он был совсем отмороженный. Вместо того чтобы отшатнуться, этот безумец, наоборот, рванулся ко мне…

И получил, что положено. Десять сантиметров железа в горло.

Блин!

Клинок увяз, и, когда киллер осел, мокрая от крови рукоять выскользнула из моих пальцев.

Я выругался. Вот уж не было печали! И что теперь делать?

Убийства (я не имею в виду хольмганг, убийство, так сказать, узаконенное) в Роскилле случались. Ничего удивительного при таком скоплении кровожадных ублюдков. Но они случались бы намного чаще, если бы Закон не карал преступников быстро и беспощадно. Как правило, даже не интересуясь, кто зачинщик. Убил – отвечай! Конкретно! Хорошо, если удастся откупиться. А если нет?

Пока я переваривал случившееся, меня свинтили. Подскочили четверо, из Рагнаровых людей (откуда только взялись?), зажали в коробочку, сняли с пояса меч. Не скажу, что действовали они грубо, но и не церемонились. Вокруг мгновенно образовалась толпа. Я – в центре. У ног – труп. Вокруг трупа – красное пятно набухшего кровью снега. А в трупе – мой кинжал. Так сказать, взят с поличным. Ага, знакомая рожа. Ульфхам Треска. Постучал пальцем по лбу: в уме ли ты, хускарл? При всём честном народе человека зарезать. Но тут же крикнул кому-то, перекрывая гомон зевак:

— Дуй за ярлом!

Люди Рагнара держали меня под контролем. Ждали чего-то. Судейских, надо полагать.

Мне тоже оставалось только ждать. Продавец стрел глядел на меня с сочувствием: он всё видел.

Я тоже понимал, что дела мои – кислые. Здесь нет такого понятия, как превышение пределов необходимой самообороны. Есть понятие «убийство». Суд, возможно, учтет то, что я защищался. А возможно, и не учтет. Зависит от того, кто таков убитый. И какого хрена ему понадобилось меня резать?

Ага, вот и высокий суд! Преимущество маленького городка – здесь всё близко. А от резиденции Рагнара до рынка вообще рукой подать.

Однако Хрёрека еще нет…

Толпа раздвинулась, пропуская конунга.

С конунгом, помимо обычной свиты, сыночки: Бьёрн, Ивар, Хальфдан… Последний – с куском мяса в лапе. Должно быть, кушало благородное семейство, когда поступила инфа о преступлении.

Рагнар остановился напротив меня, уставился. Не человек – глыба. С глазками кита-убийцы.