Книга Гнев Севера, страница 63 – Александр Мазин

— Почему ты не убил меня, лорд Николас? Ты ведь понял, что я не из друзей твоего короля?

— Бог сказал: не убий! — выспренно заявил я. — Потому я никогда не убиваю, если могу не убить. Но если кто-то встает на моем пути, его дни сочтены. Он может спать, есть, молиться, щупать девок, но на самом деле он мертвец, даже если пока об этом не знает. — Я выразительно посмотрел на глядящего букой святошу, и тот поспешно отвернулся.

Эх! Взять бы его за загривок и порасспросить с пристрастием… Нельзя. Да и зачем? Я ведь только прикидываюсь человеком Эллы. И чем больше вражды между ним и Осбертом, тем мне, Ульфу Хвити, лучше.

А святоше впору благодарность выносить. За то, что подарил мне доверие королевских гвардейцев.

— Откуда он взялся, этот франкский ирландец? — сердито бросил действующий король Мерсии Бургред отставному королю Нортумбрии Осберту.

Тот пожал плечами.

Оба короля, настоящий и бывший, были похожи. Плечистые, пузатые, с поросшими желтой шерстью лапами. У обоих крупные прямые носы, одинаковые глаза, одинаковые рыжеватые бороды с небольшой проседью. Типичные саксы. Вдобавок еще и родственники, пусть и не слишком близкие.

— Откуда бы ни взялся, а надо с ним решить. — Осберт поскреб затылок, прижмурился от удовольствия. — И сделать это лучше тебе.

— А если купить? — Бургреду не хотелось лезть в Нортумбрию. Пронюхает Элла, что мерсийцы шарят по его землям…

— У Озрика не получилось, — возразил бывший король. — Озрик — это…

— Я знаю, кто он, — перебил Бургред. —Озрик начал, вот пусть он и закончит.

Несмотря на грозный облик и королевский обруч на голове, мерсиец храбростью не отличался. Предпочитал действовать исподтишка. Но когда надо, умел быть решительным.

— Озрик не смог, — вздохнул бывший король. — И так, и эдак к нему подступал. И танство сулил, и девку прельстительную подложил… Но судьба решила иначе.

— Судьба? — приподнял бровь Бургред.

Ему рассказали о неудачной попытке еще одного Осбертова родича прикончить ирландца.

— А как иначе? — изобразил удивление бывший король Нортумбрии. — В него из самострела били. В упор. Может, у него амулет какой заговоренный? От стрел.

— От болтов, — поправил мерсийский король. И добавил, поразмыслив: — А может быть. О нем говорили: он в Италии бывал. Может, и к самому Папе Римскому захаживал. А там всякое благословение можно получить. Там, в Ватикане, такие фантазеры. Младшему сыну Этельвульфа Уэссекского предсказали, что королем станет. Слыхал? Это при живом отце, четверых старших братьях и никудышном здоровье, — Бургред хохотнул. — Королем. Да еще великим.

— Это тогда было четверо. Теперь уже поменьше, — Осберт тоже выдал смешок.

В нелюбви к Уэссексу они были единодушны, несмотря на то, что у Бургреда сУэссексом был союзный договор. Но такой… Не вполне добровольный. Когда выбирать пришлось одно из двух: либо он, Бургред, всецело с Уэссексом, либо у Мерсии другой король.

— Ирландец, — вернулся к прежней теме Осберт. — Надо от него избавляться. Я знаю, что Элла отправил его инспектировать прибрежных танов. Людей дал всего шестерых. Да и случись что, драться они за ирландца не станут. Чужой он им.

— К чему ты клонишь? — Бургред больше не улыбался.

— К тому, что пойдет он с севера на юг. И если некие храбрые люди встретят его на северном берегу Хамбера^[15]…