Книга Последнее лето ярла Ульфа, страница 91 – Александр Мазин

Легкий хлопок по плечу. Бури.

— Фрост говорит: скоро.

— Пусть облачаются, – распорядился я, продолжая вращать весло.

Порядок установлен. Откроют ящики с оружием. Смена экипируется и сядет на румы. Тогда и наступит наша очередь надеть брони, проверить оружие и все прочее.

— «Змей»? – уточнил я.

— Им передали.

Значит, на других кораблях тоже начинают готовиться. Включая экипажи кнорров. Эти в драку не полезут, останутся присматривать за имуществом.

Мы повернули к берегу, когда впереди уже можно было не только услышать шум воды, но и разглядеть первые камни порога, обозначенные светлыми росчерками вскипавшей пены.

Была у меня мысль: подождать, пока луна уйдет с ночного неба, но, подумав, решил атаковать с ходу. Стрелков у меня тоже хватает, а драться в темноте, не зная местности, чревато потерями. Особенно когда противнику знаком каждый бугорок.

Укрепление, как водится, располагалось на возвышенности. И отлично просматривалось снизу, от реки. Судя по силуэту – укрепление серьезное. Настоящий гард вроде того, который мы взяли недавно. «Клык Фреки», «Змей» и «Любимчик» вошли в камыши практически одновременно и, проломившись сквозь тростниковые заросли, уткнулись носами в илистый берег.

Фрост не подвел. Место для высадки подходило идеально. От хузарско-печенежской заставы нас прикрыла небольшая рощица. Так что мы никого не потревожили, кроме гнездившихся здесь птичек.

Высадились. Распределились. Двинулись. Настолько тихо, насколько это возможно для полутора сотен бойцов.

Рощу миновали через несколько минут. До гарда метров триста. Факелов на невысоких стенах укрепления не наблюдалось. Вообще никаких огней. Но на вышке наверняка имелись дозорные. Не настолько же здешние беспечны?

Я тронул Бури, показал на вышку. Тот мотнул головой. Никого.

Или настолько? А может, ловушка?

Воображение живенько выстроило вариант: кто-то добежал-таки до заставы и предупредил. И теперь нас ждут.

Хотя ночью? Вряд ли. Однако отсутствие дозорного настораживало.

Тем осторожнее следует действовать.

«Стой», – передал я по цепочке.

Что-то не так. Что?

Ага. Лошади. Лошадей у кочевников много. Ночью табун на выпасе. И заодно выполняет функции охраны ничуть не хуже собачек.

И где этот табун сейчас?

— Бури, ты видишь табун?

— Он там, – жест вниз по течению.

— Почему так думаешь?

— Лучшая трава – у реки. Мы мимо шли, лошадей не слышали.

Логично. Рядом с гардом травку уже состригли. Приходится подальше отгонять.

— Бури, возьми два десятка лучших – прикроете.

Какую позицию выбрать, он знает лучше меня. И кого взять – тоже. Хотя двоих «избранников» я знал точно: Вихорёк и Заря. Что радует. Чем дальше они от драки, тем мне спокойнее.

— Чего ждем?

Медвежонок.

— Стрелки, – ответил я.

Да он и сам знал.

— Я поведу?

— А кто ж еще. Только не зверей раньше времени.

— Ты тоже, братишка, – Медвежонок толкнул меня плечом и двинул вдоль колонны, отбирая первую штурмовую группу.

По обычаю первым лезть в драку – моя прерогатива. Но мои знают: я хорошо убиваю, но плохо бегаю. В сравнении с тем же Медвежонком. А скорость – это залог внезапности.

Выбор затянулся. Когда Свартхёвди закончил, стрелки уже минут пять как растворились в ночи. Это потому, что северяне-хускарлы своевольнее бывших лесовиков. Эти вышколены Бури и повинуются беспрекословно, а вот даны со свеями пытаются возражать. Шепотом, но очень эмоционально. Всем хочется считаться лучшими. Лучшим – лучшие куски. И приоритет на максимальный риск тоже у них, лучших.