Книга Князь плесковский, страница 137 – Александр Мазин

Наверху бой — это плохо. Враги уже в тереме. Но это не самое опасное. Хускарлы, надо полагать, наверху и спуски они удержат.

Головокружение прошло. Но вернулось, когда Заря встала на ноги.

Так, стрелки у окон, это хорошо. Пара хускарлов напротив дверей, за ними — с дюжину новиков со щитами и копьями. Наготове, но если враги ворвутся в дом, эти вряд ли удержат.

Остальные… А остальные новики и хускарлы сейчас наверху, надо думать.

А что мирные?

Заря перевела взгляд на челядников, сбившихся в кучу, словно овечья отара, в дальнем конце зала. Нет, не все там овцы. Вон наложница Виги с копьем в руке, а жена Гагары Гуда Хаукдоттир и шлем надела, и щит у нее, и секира.

А Гуннара не видно. Наверяка он лестницу держит.

И детей не видно. Они в дальних клетях. И Рагнвальд тоже там.

Очень хотелось убедиться, что с сыном все в порядке, но нет. Она сейчас княгиня, а не мать.

— Где мой шлем?

— Вот он, госпожа.

Холопка больше не артачилась.

Лук? Ах ты ж… Она что, уронила его там, на крыше?

Нет, вот он. И колчан, почти опустевший, и воинский пояс. Все это кто-то заботливо снял, когда укладывал ее на лавку.

Заря подошла к окну, подвинула дренга-кирьяла, который стоял сбоку от окна, осторожно ввыглянула во двор.

Там толпа врагов. Не толпа, строй. Щитами прикрываются, но только спереди. Ожидаемо. С башен двор не простреливается, а на крыше терема никого, раз рубятся уже внутри.

Двери рубили топорами. Заря уловила хруст сломанной доски. Снаружи радостно завопили и топоры замолотили чаще. Заря поймала испуганный взгляд новика. Подняла лук, улыбнулась уверенно.

Хотя никакой уверенности не было. Заря чутьем поняла: терем им не удержать. Их слишком мало. Хускарлов, способных по-настоящему держать врага всего двое. Остальные наверху.

Дверь трещала. Недолго она продержится. Еще некоторое время простоят прибитые доски. А столешницу враги просто отодвинут, навалившись как следует. Хотя…

— Ты, ты и ты! И еще ты! — крикнула Заря мужикам-холопам покрупнее. — Сюда! Здесь встали! Если отодвинут, вам конец! Поняли?

Поняли. Уперлись.

Бойцы из этих четверых никакие. Но вес и сила есть. Всяко трудней будет многопудовую столешницу отпихнуть.

Наверху звуки боя стихли, но не потому, что защитники пали. Латгалы перестали атаковать. И это было хорошо. Свои получили передышку.

Заря понимала, что это она себя успокаивает. Потому что даже могучие нурманы в такой схватке устанут достаточно быстро. Да этого и не потребуется, если враг умен. Щит к щиту, внахлест, задние упрутся в передних, надавят двумя десятками и задавят. Лучших воинов так взять можно, щитами зажав, а в тесноте такое еще проще. Хорошо, что муж придумал с кривым коридором. Разом врагам не навалиться.

Но двери… Двери не устоят.

— Госпожа!

Девка Вихорька. С полным колчаном в руках. Ишь ты, глазастая!

Когда разобьют двери, стрелы пригодятся.

Если убить побольше врагов, может, остальные устрашатся и уйдут?

Нет, не уйдут. Слишком близко победа.

Думай, княгиня. Думай, как спастись!

Но правильная мысль не шла. Только голова снова закружилась.

Я увидел, как падает мое знамя и у самого едва планка не упала. Хорошо, что на коне был, не то сразу бы в сечу кинулся. В последний момент взял себя в руки, напомнил: вышка — это еще не терем. А терем я обустроил так, что он немногим хуже донжона франкского.