Книга Вездесущий поиск истины, страница 92 – Priest P大

Чэн Цянь почувствовал, что только теперь впервые прикоснулся к истинной сути техники прилива.

После всех этих лет он вновь погрузился в медитацию, вызванную внезапным просветлением. Чистая Ци, собравшаяся вокруг него, несла с собой прохладный морской бриз и свободно вливалась в его тело. Его меридианы, сформированные за годы напряженной работы, принимали ее без труда. Его собственная истинная Ци циркулировала в его теле, и казалось, что все его внутренние раны исцелились в один миг.

Когда Чэн Цянь пришел в себя, небо на востоке уже окрасилось мраморно-белым предрассветным сиянием. Несмотря на значительную задержку, Чэн Цянь все же поклонился Вэнь Я и сказал с нечитаемым выражением лица:

— Большое спасибо старшему.

Прикрыв глаза, Вэнь Я ответил:

— Я понятия не имею, что не так с вашим кланом Фуяо. Бесхребетный женоподобный болван вошел в Дао через меч. Другой дуралей был чрезвычайно упрям и никогда не считался с правилами, но вошел в Дао через сердце. Мальчик, все годы, что ты провел здесь, ты тратил свое время на столь незначительные вещи. Разве ты не боишься встать на неверный путь?

Чэн Цянь молча опустил голову. Какое-то мгновение он не мог найти нужных слов.

В лекционном зале им рассказывали лишь о методах самосовершенствования, и шисюны никогда не сдерживали его. Не было никого, кто мог бы как старший указать ему путь. Даже если бы у кого-то вдруг появилось такое желание, высокомерное сердце Чэн Цяня вряд ли захотело бы его слушать.

— Ты можешь лишь слепо шататься туда-сюда, скалясь и размахивая клешнями ^[59]. Ты что, краб? И что толку от этого существа с плоским панцирем, кроме того, что из него получается отличный гарнир? – гневно спросил Вэнь Я.

Чэн Цянь не мог опустить голову еще ниже, но стоило Вэнь Я заговорить об этом, как он шумно сглотнул. Этот старший, который уже должен был достичь стадии бигу, на самом деле оказался страшным обжорой!

Чэн Цянь вновь промолчал.

Вэнь Я встретил его странный взгляд и тут же взорвался от смущения.

— На что уставился? Разве не из-за вас, ребята, я даже не могу вернуться домой?! Ублюдки, никчемные ничтожества!

Чэн Цянь немедленно опустил глаза и послушно сказал:

— Да.

Но уже через мгновение он не удержался и снова поднял взгляд на Вэнь Я.

— Старший, я ведь могу уйти прямо сейчас, правда?

Вэнь Я был ошеломлен. В этот момент он наконец понял упрямство Чэн Цяня. Будь то выход на новый уровень или прозрение, они не имели для маленького щенка никакого значения. В его глазах ничто из этого не стоило и одного волоска с голов его шисюнов и шиди.

Вэнь Я невозмутимо произнес:

— На пути самосовершенствования лишь тот, кто прошел через тысячи невзгод и сотни Небесных Бедствий, кто устоял под ударами молний, может выхватить у Неба крупицу надежды на жизнь. На этом нелегком пути семейные отношения меркнут, а дружба утекает, как вода. Лишь в одиночестве можно обрести покой. В твоем сердце столько ненужных мыслей, как же ты смог войти в Великое Дао?

Чэн Цянь ответил без колебаний:

— Если жизнь так беспросветна, зачем стремиться к долголетию? Чтобы страдать дольше? Старший, Дао, о котором рассказывал мне мой учитель, совсем не такое.

— Ты говоришь об этом со мной? – Вэнь Я недоверчиво посмотрел на него. – Такая мелочь, как ты, осмеливается говорить со мной о… Хорошо, о каком же Дао рассказывал твой учитель?