Книга Вездесущий поиск истины, страница 53 – Priest P大

Внезапное осознание настигло Чэн Цяня. Он понял, почему глаза человека в маске показались ему знакомыми. Потому что они были точно такими же, как у Чжоу Ханьчжэна!

Но прежде чем он успел продолжить эту мысль, толпа внезапно зашевелилась и оглушительно зашумела. Чэн Цянь не сразу понял, что произошло, но, когда он снова посмотрел на платформу, все зрители на ней поднялись с мест. Кто-то воскликнул:

— Владыка острова! Владыка острова явился лично!

Из всего клана Фуяо лишь Янь Чжэнмин встречался с владыкой острова Цинлун, так что на мгновение даже Чэн Цянь не смог сдержать любопытства. Он встал на цыпочки, чтобы проследить за тем, куда были направлены людские взгляды, и увидел, как ученики острова гордо шествуют сквозь толпу. Каждый из них походил на божественное дитя. Выстроившись в единую линию, они достигли центра арены для боя, прежде чем беззвучно разделиться на два ряда.

После того как они заняли свои позиции, владыка острова Цинлун наконец явил себя.

Это был высокий человек с тонкими, красивыми чертами лица. По меркам обычных людей, ему было не больше тридцати. Он носил длинные небесно-голубые одежды, а его не стянутые в гуань ^[32] волосы рассыпались по спине. В руке он держал посох Цинлун, немногим превышавший его в росте.

Владыка острова шел, не поднимая глаз, а его движения были тихими и острожными. Он выглядел хрупким и утонченным, будто сошедшим с книжной гравюры. Только достигнув середины арены, он слегка приподнял голову, обвел взглядом всех присутствующих и на мгновение задержал его на Янь Чжэнмине.

Для одного из Четырех Святых владыка острова выглядел слишком непримечательным и к тому же казался невыразимо печальным. Словно прекрасный молодой ученый, чья бедность вынуждала его голодать. Окинув взглядом учеников клана Фуяо, он отвернулся, слегка кивнул правому и левому защитникам и, наконец, занял место во главе.

Все эти годы владыка острова Цинлун казался несуществующей фигурой, что никогда не показывается на публике, поэтому толпа под платформой мгновенно пришла в возбуждение. Только Янь Чжэнмин оставался хмурым.

— Странно.

Конечно, это была не единственная странность.

Чэн Цянь бросил на него быстрый взгляд и услышал едва различимый шепот Янь Чжэнмина:

— Разве владыка острова не всегда находился в уединении? Он не показался даже на открытии Небесного рынка. Зачем ему появляться сейчас, ради какого-то соревнования между бродячими заклинателями и учениками школ?

Никто не ответил ему. Хань Юань, ответственный за сбор информации, сбежал бог знает куда.

Оживленность острова Цинлун немного тревожила, и, конечно же, Хань Юань не мог упустить такую возможность. Он встал очень рано и внимательно изучил турнирную таблицу. Хань Юань действительно заслуживал побоев. Каждый раз, когда его просили заучивать священные писания, он вел себя так, будто вот-вот умрет. Но если дело касалось столь бесполезных вещей, он мог запомнить что угодно, ограничившись лишь беглым взглядом. Осматриваясь вокруг, он внимательно прислушивался к разговорам и всевозможным сплетням.

Судя по словам окружающих, бродячие заклинатели считали Чжан Дасэня своего рода лидером. Хань Юань был весьма недоволен этим фактом. Он думал: «Просто мой младший шисюн не любит хвастаться. Чжан Дасэнь был основательно избит и просто боится признаться в этом, чтобы не потерять лицо. Эти бездельники даже великую гору Тайшань не смогли бы разглядеть! ^[33]»