Книга Колыбель Мрака, страница 169 – Настя Полос

— Ты не принимаешь себя, дитя. – Богиня шла прямо на меня. – Ты до сих пор не приняла свое истинное имя и отказалась от прошлого. Ты не признаешь себя дэволом, не зовешься человеком. Ты скользишь на грани презрения к себе и ненависти к другим. Твою душу заполонила горечь, обида и злоба.

Она почти нависала надо мной. Глаза засветились еще сильней.

— Не ты порабощаешь магию, а магия тебя. Еще немного, и твоя оболочка растворится, тени растащат твои останки, а ты станешь лишь мраком.

Из горла вырвался хрип, а за ним потекла струйка крови. Мне чудилось, что тени разрывали меня, царапая когтями, и вырывали кусочки плоти.

— Ты дэвол необычной силы с тяжелой и невероятной судьбой. Тебя избрал сам меч, тебя избрала я. Ты ключ к нашему спасению. Покажи свою силу!

Ее ладонь ласково коснулась щеки, и меня подожгло изнутри.

Фигура Богини растворилась, улетучилась пылью и горсткой листьев. Я осталась одна. Агония страшнее всех предыдущих сковала нутро, сжала голову в тиски. Я закричала.

Потоки впивались злым жалом один за другим. Обхватив себя руками, я пыталась удержать рвущееся тело.

Воздух зазвенел, и в пространстве раздался стальной голос.

— Всю жизнь тебя мучило одиночество. Никто не принимал тебя, не желая даже близко подпускать к себе. Все вокруг тебя чувствовали в тебе чужую. Уже тогда они видели монстра!

Я хотела закрыть уши, чтобы не слышать беспощадных слов, но не могла.

— Все твои друзья и любимые всегда предпочитали тебе других. Никто не верил в тебя! Никогда. Каждая ошибка, каждый проступок припоминали и несли сквозь время.

В голову ворвались посланные мне образы.

Мое прошлое, недоверие друзей. Сколько бы я ни старалась, сколько бы ни работала, они все равно смотрели на меня косо. Подозревали. Они не верили в меня! И когда я рвала себя, изнуряла тренировками и работой, вместо толики восхищения они вновь осудили.

Крик отчаяния вырвался на свободу. Кожа лопнула. Тьма победила. Ее прежнее пристанище больше не годно. Она текла изо рта, из глаз, из прорех на коже.

Я приподнялась над землей, подхваченная потоками.

— А твоя подруга, твой главный оплот, та, которой ты доверяла, предала тебя.

Меня скрутила безысходность.

Каждое слово – шрам на моей душе, что Такал ковыряла грубым клинком.

— Она оказалась жива, наслаждалась каждым днем. Любила и была любима, пока ты страдала и оплакивала ее. Пока твоя жизнь превращалась в очередной кошмар, она не знала ни боли, ни ужаса потери.

Мощное пламя мрака вырвалось из моей грудной клетки. Ураган поднимал мои волосы, трепал одежду. Тени кусались и хохотали.

— Твоя семья тебя бросила. Отец никогда не искал, он не узнал тебя! Или, может, просто не захотел? Месть стала дороже. Он убил твою душу, ни разу не пожалев!

— Хватит… умоляю, – жалобно заскулила я между вспышками боли.

— Твоя бабушка с удовольствием отправила тебя на заклание, видя, как твое тело поглощало все больше силы. Она знала, что ты умрешь!

Меня больше не существовало. Я стала тенью. Уродливым пятном мироздания, что сгинет во мраке вселенной.

— А любимый, единственный, кому открылось твое сердце по-настоящему, избрал другую. Он знал, как ты страдаешь. Сколько бы ты ни приходила к нему, он молчал. Он обладал твоим телом, не давая ничего взамен, и ты поверила вновь. А он предал. Даже его брат, что клялся вечно быть с тобой, умолчал.