Книга Септет расстроенных душ, страница 63 – Кэсси Крауз

— Катись отсюда, городская подстилка! – орет на всю улицу Дороти. Она беспомощно брыкается в руках разгневанного Росса, грязная, всклоченная с окровавленными деснами и губами.

— Заткнись же, тупица! – рычит он на свою старшую сестру. – Ты сама не видишь, перед кем позоришься?!

— Это она должна была умереть той ночью! Она не заслуживает жизни!!! Ее куриный мозг даже не способен понять произошед… – картавый крик Дороти обрывается на полуслове. Широко распахнутые голубые глаза смотрят куда-то поверх моей головы, а грязные щеки начинают краснеть.

Я вспоминаю о руках, все еще сжимающих мои предплечья, задираю голову… и вся боль, обида и чувство унижения выплескиваются из моих глаз.

Я разворачиваюсь прямо в луже и утыкаюсь лицом в бежевую толстовку, под которой взволнованно колотится дорогое сердце. Вэйлон крепко-крепко обнимает меня, а его губы находят мое ухо.

— Бекки, я здесь. Я с тобой, все хорошо! Прости меня, прости меня, Бекки… – горячее дыхание обжигает, и кожа от мочки уха до ключиц покрывается мурашками от тепла его голоса и близости губ.

Я унижена, избита и оскорблена. Я не спрашиваю, как Вэй нашел путь ко мне. Просто хватаюсь за него, как за спасательный круг, пачкаю его толстовку кровью, грязью и слезами. А он стоит передо мной на коленях прямо в луже, и ему плевать, что светло-голубые джинсы теперь безвозвратно испорчены.

— Родная, все в порядке, успокойся… успокойся, – шепчет он где-то в районе моей шеи, пока я вздрагиваю и трясусь от слез в его руках.

— Она использует тебя, Вэй! Всегда использовала и будет использовать дальше! – все не унимается Дороти. Судя по тому, как периодически заглушаются ее вопли, Росс безуспешно пытается зажать сестре рот. – Ты всегда был для нее мальчиком на побегушках! Жилеткой для слез! Как ты не видишь этого?!

— Я вижу. – Сухо отзывается Вэй. И от звуков его голоса вибрирует грудная клетка у меня под ухом. – Но я буду для нее кем угодно.

Смысл сказанного не успевает раскрыться в моем сознании, как он уже поднимается с колен и берет меня на руки. Распахнув дверь своей белоснежной машины, опускает на сиденье, вытаскивает из лужи разбитую камеру и бережно укладывает мне на колени.

— Больше такое повториться не должно. Иначе все было напрасно. – Бросает Вэй поверх моей головы. – Возьми, Бекки. Зажми ноздри, чтобы остановить кровь. – Он протягивает мне аккуратно сложенный носовой платок, и Лексус срывается с места.

Свидетелями нашей драки помимо ребят, стали старуха Клайв, ее кот Рокки и Берта Томас.

Машина плавно тормозит у моего коттеджа. Вэйлон отлично ориентируется в Джинбери. Я вжимаюсь пальцами в белое кожаное сиденье и мотаю головой, отказываясь выходить.

— Не пойду! Не хочу, Вэй, не бросай меня здесь! Эта ненормальная придет ночью и задушит меня в темноте! – вырывается у меня вместе со слезами.

— Я с тобой.

Он снова поднимает меня на руки и заносит в коттедж, ставший вдруг таким негостеприимным и чужим.

— Давай умоем тебя. Нужно убедиться, что Дори не разбила тебе бровь. Крови слишком много.

— Дори… – эхом отзываюсь я, но больше ничего не говорю. Только льну к груди Вэя, обнимая его за шею, и не нахожу в себе силы отпустить.

Но мне приходится, когда он сажает меня на краешек ванной, чтобы помыть руки и смочить полотенце для моего лица.