Книга Леди в желтом, страница 26 – Ли Алам

Кёнэ указала на стражей порядка, столпившихся у ворот дома.

— Можете предположить, почему мы не можем зайти в дом?

— Конечно, могу. В доме пчелы. Даже самый смелый мужчина не решится прыгнуть в рой этих разъяренных насекомых.

Инспектор окинул взглядом окрестности. Они с Кёнэ стояли вдали от дома на расстоянии в семьдесят шагов. Если бы они оказались рядом, можно предположить, что эта девушка услышала бы назойливое пчелиное жужжание. Но они стояли слишком далеко.

— Как вам это удается? – спросил инспектор почти шепотом.

— Это же очевидно, даже объяснять не надо.

Кёнэ показала на мальчика, который сидел на дороге и плакал. Это был тот самый мальчик, который хотел перелезть через забор и разведать обстановку. Один глаз у него опух до размера каштана. От укуса пчелы.

* * *

— Как я уже говорил, на месте происшествия – рой пчел, – произнес инспектор. – Жертва – молодая женщина двадцати двух лет, певица, известная под псевдонимом Чхонхи. Надо поговорить с домработницей. Она приезжая. Молодая девушка лет четырнадцати. Именно она обнаружила тело сегодня утром и сообщила в полицию. Но когда мы прибыли на место, здесь появились пчелы. Со слов домработницы, пчелы были и утром, но не так много, и они были не такие свирепые.

— Это из-за солнечного света. Тело нагревается, и они начинают двигаться активнее. Простите, что прервала вас.

Инспектор Сато махнул головой. По его лицу было видно, что он очень устал.

— Ничего страшного. Если есть что сказать, говорите. Говорите и не думайте ни о чем. Нам сейчас необходима помощь специалиста. Проклятье. Я вижу эти заголовки центральных газет: «Несчастная молодая певица погибла от нападения пчел». Посмотрите на этот рой журналистов!

Инспектор закрыл глаза рукой.

— Сегодня в вечерней газете это будет главной новостью. Учитывая еще и политическую обстановку в стране под японским протекторатом. Мы должны охранять покой граждан. Ради страны, ради авторитета полиции. Такие происшествия здесь вообще нежелательны.

Кёнэ не могла скрыть недовольства. К счастью, инспектор этого не заметил. Полицейские устрашающе размахивали дубинками, чтобы контролировать толпу зевак около дома.

— Надо срочно решить вопрос с пчелами. Уже столько времени прошло. С телом надо работать сразу, – застонал инспектор от безысходности.

— Я могу помочь, – сказала Кёнэ, приободрившись.

Они объединили усилия. Инспектор приказал подчиненным принести все, что было необходимо со слов его собеседницы: солому, спички, перчатки, носовой платок. Потом выбрали пару самых крепких полицейских, закрыли им руки и лицо, намочили пучки соломы и подожгли их, создавая дымовую завесу. После этого взяли метелки и вошли в дом. Обессиленных от дыма пчел можно было легко собрать с пола. Сато и Кёнэ тоже вошли в дом после того, как там и во дворе уже был наведен порядок. К месту происшествия их сопровождали двое полицейских. Необходимо было взять несколько образцов. Но Кёнэ не торопилась этого делать. Здесь не остров, где все всё знают, здесь большой город. Могли появиться разные слухи, стоило только зайти чуть дальше. Поэтому она предпочла не предпринимать активных действий, а просто помогала советами.

Кёнэ накрыла лицо платком и осмотрелась. Она уже давно жила за границей, и традиционный корейский дом был ей совершенно не знаком. Перед входной дверью гладкий камень, широкая веранда, раздвижные двери из специальной белой бумаги. Деревянные столбы, черная черепица и где-то между коньками крыш – возвышающаяся труба. Это был традиционный дом, построенный в современном стиле, и некоторые элементы декора тоже более-менее соответствовали времени. Комнату и двор соединял коридор, на веранде стояли кресло-качалка и небольшой столик в европейском стиле.