Книга Джозефина вычисляет вероятности, страница 77 – Нова Макби

Лежа на спине, положив руки за голову, я размышляла о том, как прошла неделя применения моих способностей. Я дала совет заключенному с поврежденной ногой, подсказывала кое-кому в азартных драках, ошеломила игроков в карты. Теперь, когда я проходила мимо, со мной здоровались, и иногда я болтала с другими.

Прэтт менялся. Меня начинали уважать. Ред сказал, что если я продолжу в том же духе, то скоро буду править Прэттом. Он имел в виду, что я получу свободу.

Я встала и прошлась по туннелям, нанося на числовую карту повороты, как учил меня Ред. Сто лет назад иностранные торговцы назвали это место Порт-Лендс. Китайцы стали произносить на свой манер как «Прэтт-Лендс», а в конце концов сократили до «Прэтт».

Порты Шанхая расположены в дельте реки Янцзы. Со временем из-за наносов ила и песка в русле береговая линия сместилась к югу, где сейчас находятся главные порты.

Ред толком не объяснил, кто первым обнаружил подземелья или каким образом это скрыли от властей, но в какой-то момент из-за изменения береговой линии наружу вышли подземные туннели – некоторые длиной более двух миль. Ред подозревал, что именно о них говорилось в древних местных легендах со времен империи Сун^[49]. Легенды утверждали, будто императорский сын, отосланный отцом подальше от двора, вырыл под землей пещеры, чтобы хранить в них сокровища, которые привозили корабли из-за моря. Это сочли просто сказками, потому что историки и археологи не обнаружили никаких следов подземных туннелей или сокровищ. И тем не менее вот они, явно очень древние лабиринты подземелий, и мы в них заперты. На исторические строения Королю было наплевать, его интересовала лишь секретность, которую они обеспечивали. Должно быть, городок Сун-Вэлли когда-то соединялся с этими туннелями.

И тут я вспомнила про склад Короля. Я решила, что он где-то возле дома Короля в Сун-Вэлли, но он должен быть ближе к порту, ближе к туннелям. В голове возникла карта. Наконец-то я четко увидела место расположения склада!

В коридоре сначала раздался хриплый кашель, потом послышался голос Реда:

— Внучка, это ты?

Если не считать дрожи в голосе, слова Реда подействовали на меня успокаивающе.

— Да, – ответила я достаточно громко, чтобы он услышал.

— Ты идешь? – Голос Реда звучал тихо и слабо. После зимы кашель усилился.

Охранник Сань пробормотал, что зайдет за мной после обеда, чтобы я подсказывала ему во время игры в маджонг, и махнул рукой, отправляя меня к Реду.

— Минутку, дедушка.

Я вошла в свою камеру. На мокрой от влаги стене были написаны два иероглифа – «чистое золото». Под ними из трещины сочилось что-то липкое, как живица. На полу гнил огрызок яблока. Я и забыла про него. Теперь по нему ползали черные букашки.

Я провела час на поверхности, и там было тепло. Теперь же меня обдало стылостью лишенного солнца Прэтта, напоминая про месяцы, когда я промерзала до костей. Я взяла кожаную куртку – свою единственную верхнюю одежду. Кожа выцвела и поистрепалась, но не порвалась. Слава богу, я была в куртке, когда меня забрали от Мадам.

Дверь соседней камеры была открыта. Ред лежал на койке, плотно завернувшись в одеяло. Почему он никогда не пытался бежать? Конечно, бежать-то особо некуда. Ворота Прэтта всегда надежно заперты, а лабиринт туннелей настолько обширный, что можно умереть, пытаясь найти выход. Некоторые так и погибли. Ред говорил, что его время придет. А до тех пор он не станет пользоваться своим шансом.