Книга Джозефина вычисляет вероятности, страница 18 – Нова Макби

— За свободу! Если когда-нибудь будешь в Австралии, заезжай – если сможешь меня найти. Ганьбэй!^[16] – Он поднимает стаканчик, запрокидывает голову и выпивает одним глотком.

Беру свой стаканчик. Почему бы и нет? Раньше мне никто никогда не наливал. Подражая Бо Гуну, выпиваю одним глотком. Прозрачная жидкость обжигает горло огнем и бомбой взрывается в желудке. Я кашляю и давлюсь. Фу! И что в этом хорошего?

Чань встает со стула:

— Значит, сегодня вечером. – Он снова трет ноготь большого пальца указательным. – Нужно ли мне оставаться здесь, когда… гм… ну это… вы поняли?

— Нет. Уходите сейчас. – Бо Гун корявым почерком пишет адрес и отдает бумажку Чаню. – Встретимся там. Через час.

Чань послушно кивает, готовый покончить со всем этим.

Прежде чем он уходит, я хватаю его за рукав:

— Простите за разбитый нос.

Он машет рукой, словно отмахиваясь от извинений.

— Да ерунда, – отвечает он и смотрит на меня. – Ред так и не сказал мне, как тебя зовут.

Перед тем как открыть рот, я внимательно вглядываюсь в Чаня. Без сомнений, все, о чем говорил Ред, вот-вот сбудется. Чистое золото огня не боится.

— Меня зовут Феникс.

Чань выходит из кабинета Короля, закрывает за собой дверь – и тут звучит выстрел. Восемь-Восемь умерла. Моя новая жизнь начинается.

ФРАНЦУЗСКИЙ КВАРТАЛ, ШАНХАЙ, КИТАЙ

Даже после душа в маленьком спа-салоне, где мы встретились с Чанем, я все еще чувствую себя грязной. Но вот наконец передо мной распахивается дверь моего нового дома. Синяк под моим глазом тоже не соответствует дизайнерскому интерьеру виллы: сверкающие мраморные полы, безупречно-белые кожаные диваны и зеркала в позолоченных рамах, отражающие свет люстр. Я сжимаюсь и не решаюсь переступить порог.

— Прошу, прошу! – Мистер Чань машет рукой, пропуская меня вперед с привычной вежливостью. – Входи!

Как требует обычай, я снимаю обувь у входа. Гладкий мрамор холодит босые ноги, отчего дом кажется холоднее, чем на самом деле. Я плотнее запахиваю свою тонкую черную куртку.

Мистер Чань открывает шкафчик, в котором стоят белые тапочки – как в дорогих гостиницах, где мне доводилось бывать, – и ставит одну пару передо мной. Я надеваю их и сравниваю гостиницу Мадам, где тоже было принято разуваться, с Прэттом, где если ты снял обувь, то не факт, что получишь ее обратно.

— Мы используем эту виллу для важных гостей, – говорит мистер Чань, показывая дорогу. – Как я и обещал, пока ты работаешь на меня, она твоя. Бесплатно.

Он проходит по комнате, показывая антиквариат и картины и, разумеется, упоминая их цену.

Ну обалдеть. Почувствовать себя как дома здесь так же легко, как расслабиться в кресле зубного врача. Ты словно идешь сквозь фотографию в китайском издании журнала «Вог». Гостиную украшают высокие расписные вазы и свитки ручной работы. Шелковые ковры устилают пол, резная деревянная мебель выглядит как новенькая, хотя ее наверняка сделали лет за сто до того, как в Китае к власти пришли коммунисты.

— Все здания принадлежат мне, – говорит Чань, имея в виду целый городской квартал (бывшее консульство Швейцарии), расположенный в одном из самых богатых районов Шанхая – во Французском квартале.

Когда мы подъехали к воротам, мне показалось, мы покинули Китай и въезжаем в Букингемский дворец. Одни только ворота наверняка стоят не меньше, чем весь комплекс построек. На территории расположены две виллы в деревенском стиле: одна большая, приглушенно-розового цвета с белыми ставнями и большим крыльцом, а вторая, где мы и находимся, просто близнец первой, только гораздо меньше. Виллы соединяет дорожка, проложенная через огромную подстриженную лужайку.