Книга Убийца со счастливым лицом. История маньяка Кита Джесперсона, страница 131 – Джек Олсен

— Это верно. Почему мы должны поверить тому, что вы сегодня здесь скажете?

— Потому что я скажу правду… Да-да, на этот раз я скажу правду… если, конечно, сейчас вам не лгу.

Интервьюер спросил, приятно ли ему было ставить сторону обвинения в неловкое положение.

— Временами, – ответил Кит. – Это давало ощущение контроля.

В конце интервью состоялся зловещий обмен репликами:

В. Сколько убийств вы совершили?

О. Я сказал, что их количество около ста шестидесяти шести.

В. Сто шестьдесят шесть человек?

О. Да.

В. Вы должны были убивать по человеку в месяц практически.

О. Да, это нормально.

В. Нормально для вас.

О. Я убивал и по двое, и по трое в неделю.

В. Как вы могли убить сто шестьдесят шесть человек и не попасться?

О. Это легко…

После того как интервью вышло в эфир, между отцом и сыном ненадолго установилось перемирие: они обсуждали, как обратить известность Кита в деньги, совместно издав книгу. Кит сделал подсчеты: «Десять процентов от стоимости книги в шесть долларов – это шестьдесят центов, умножаем на сто тысяч экземпляров – шестьдесят тысяч, на миллион экземпляров – шестьсот тысяч».

Кит согласился предоставить черновик, а Лес, который, хотя и приближался к семидесятилетию, все еще увлекался литературным творчеством, должен был подготовить его для печати. Как он объяснял репортеру «Прогресс» в Чилливаке: «У меня еще четверо совершенно нормальных детей. Писательство для меня хобби… и психотерапия. Мой доктор сказал, если я напишу про Кита, это может помочь. Конечно, это будет еще и история семьи».

Тому же репортеру он сообщил, что ранее написал книгу о собственной жизни, напечатал в пятидесяти экземплярах и раздал родным. Книга рассказывала о путешествиях успешного пенсионера в своем доме на колесах. «Еще я сочинил стихотворение, и оно получило приз. Я пишу много стихов и пытаюсь вкладывать в них юмор и радость».

Первые восемьдесят страниц чернового автобиографического материала, который Лес Джесперсон обнаружил у себя в почте, повергли старика в шок: его сын в красках расписывал, как отец порол его ремнем, бил кулаками, принуждал к непосильному труду, обманывал в их бизнес-начинаниях, саботировал его планы поступить в колледж и в целом превратил хорошего мальчика в серийного убийцу.

Киту отлично запомнилась буря, которая за этим последовала.

«Отец сразу же написал ответ, где возмущался, что я перекладываю вину на него. Потом он сжег мою рукопись, и я сказал, пусть сам пишет свою чертову книгу как ему угодно. Он ответил, что без моего участия ничего не выйдет. Написал мне: “Положись на меня, я все сделаю правильно. Я же твой отец”.

Я отправил ему еще главу про его стиль наказаний, и отцу опять не понравилось. Он сказал, я должен писать правду. Я ответил: “Пап, это и есть правда”. Я сказал, если мы опубликуем книгу, где не будет говориться о том, почему я стал убийцей, никто не захочет ее читать. А он сказал, что никто не захочет читать книгу, где я во всем виню отца и отцовский ремень».

Члены семьи Джесперсон были неприятно удивлены, узнав о планируемой публикации. По их мнению, семейный скандал и так получил чрезмерную огласку.

Лес не обращал никакого внимания на недовольство родственников и продолжал работать над книгой «Мой сын – серийный убийца?». Он решил взять в ней скорбный, слегка извиняющийся тон: