Онлайн книга «Сделка-only»
|
— Ого! Вот теперь я проникаюсь щедростью Валюшки еще больше. Чтобы она. Да за такси. Целых две. Две!!! Тысячи рублей отдала? Еще и не прокатившись… Очуметь. — Наверное, я чуть-чуть перестаралась, — делаю вывод, впрочем, не испытывая никакого сожаления, а потом отвлекаюсь, чтобы запереть дверь. — Ну что, предлагаю поесть в… — А пошли в пиццерию, — перебиваю Михайлова, все еще залипающего в телефоне. — Мне до ужаса хочется чего-нибудь вредного и жутко вкусного. И да… предупреди своего приятеля, — тыкаю в серебристый корпус, — что нам его компания пока противопоказана. Пусть Валюшка выдохнет, если вдруг снова решится проследить. На самом деле увидеть Арского… прислушиваюсь к себе… я была бы не прочь. Не с точки зрения — покрасоваться перед симпатичным мужиком любименьким платьем с кружевом на полспины. Ну ладно. Вру! Я — девочка, и этого мне бы тоже хотелось… Но больше все же тянет просто пообщаться. Есть в Викторе Алексеевиче врожденная харизма, что не оставляет равнодушной. И магнетизм его кобелиный, и оптимизм, и жизнерадостность. Он прямой, дерзкий, аутентичный. Он не старается кому-то нравится, не подстраивается, не играет роль. Он — сам по себе. Он — лидер, который выбирает свой путь, не прогибаясь под других. И именно этим цепляет. И энергия из него прет, драйв, азарт… Тьфу, что за дифирамбы чужому мужику? Нафиг-нафиг, успокоилась. Пусть Арский спокойно работает и не икает. А то вдруг начнет гадать, кто ему кости перемывает, да еще додумается… Обед пролетает за шутливыми, легкими разговорами ни о чем. Михайлов это дело знает на зубок, а мне именно оно и надо. Находиться в вечном напряжении может только холодильник с функцией «No frost», а я все же живая и ранимая. Синюхина нам, слава богу, нигде не попадается. Либо научилась шифроваться лучше, либо взяла тайм-аут. В общем, до половины пятого я не испытываю никаких эмоциональных потрясений и уже планирую, чем займусь вечером, но… — Вера? У меня будет ребенок? — вместо приветствия выпаливает Игнатов, стоит нажать на прием вызова. Фух, выдыхаю вверх, сдувая волосы со лба. Вот и порелаксировала. Нет, нервничающий бывший — это, конечно, приятно. Но истеричка, который может в любой момент сорваться из заграничного отпуска с невестой и примчаться назад в Россию, чтобы мелькать перед глазами и мешать наводить здесь порядки — не очень. Потому обдумываю каждое слово, чтобы не спровоцировать цунами. — Привет, Ваня, — отвечаю спокойно и даже нотки дружелюбия подкидываю. — Мне кажется, этот вопрос тебе лучше адресовать своей невесте. Логично? Логично. А ему не нравится… — Издеваешься? — шипит конец слова. — Нет, логически размышляю. Бью правдой-маткой в лицо. — Вера! Черт! — матерится, но я мысленно запикиваю. Ну, я же — девочка. Так надо. — Вера, скажи мне правду. Ты беременна? — Я — нет. — Врешь! Зашибись, поговорили. Вот реально какой-то сюр. Перевернутый сценарий, чтоб его. Обычно дама орет: «Станиславский! Я беременна!» А он в ответ: «Не верю!» А тут? — Игнатов, ты совсем ку-ку? — выждав пару секунд, спрашиваю понизив голос. — Кто ж такими словами шутит? Или ты меня за полтора года так плохо изучил, что веришь, будто я могу соврать в таком серьезном деле? Пытаюсь его застыдить. И… — Да, извини, — выдыхает, понижая эмоциональный накал, — просто Валя сказала… |