Книга Карьера до востребования, страница 10 – Инга Леровая

Илона схватила телефон и выбежала из номера, зацокала каблуками по лестнице. Илья хуже бульдога. Не отвяжется. Женьку достал, Галкина очередь пришла. Такая удачная шутка была, а своим тупым напором и серьезностью Илья все испортил. Куда его циничный юмор делся? Вообще, прежний Илья Муромец куда делся? Балагур и бабник. Не хотела Илона привыкать к новому заботливому Илье. Наивно и чревато. На Луну потом выть от ревности и отчаяния? И подозрения никуда не делись. Что дело нечисто.

Илья привел Илону в малую столовую. Ярко-синие шторы с кистями, белоснежная скатерть на единственном столе и мягкие диванчики. Хрустальная люстра и красивая посуда. Хорошо, что переоделась в нарядную блузку с бантом, как чувствовала, что какую-то торжественную ерунду Илья устроит. Их уже ждал Павел Геннадьевич. Поднялся, раскинул руки. К Илоне он всегда хорошо относился. Еще со студенческих времен, когда преподавал у них основы менеджмента и маркетинга. Обнялись даже.

— Самая красивая и загадочная девушка. Была и осталась, — галантный Павел Геннадьевич оттер Илью, сам помог Илоне сесть, задвинул стул.

— Спасибо, — от Павла Геннадьевича Илоне нравилось получать комплименты.

Может, потому что ей хотелось иметь такого отца, представительного и умного, сердечного и любящего своего сына. Жаль, Илья мало отцовских качеств унаследовал. Разве что, ум. Своего отца Илона мало уважала. Выпивал и изводил скандалами семью. Поэтому Галка, едва восемнадцать исполнилось, выскочила замуж. А Илона подалась в колледж после девятого, чтобы общагу дали. Пришлось из квартиры выписаться. А обратно ее отец не захотел прописать. Кричал, что не позволит на его метры какого-нибудь проходимца притащить. Мать Илона жалела, но все меньше. Никто ведь ее не заставлял с алкоголиком жить. Сама выбрала мужа, а не дочерей.

— Поздравляю от всей души, — официантка поставила на стол бутылку белого вина и бокалы. Илона такое любила. Только об этом не могли знать в пансионате. — Любви и счастья вам.

— Это что мы празднуем? — Илона дождалась, пока официантка откроет бутылку, наполнит бокалы и отойдет.

— Ваше обручение, конечно. И объединение, — Павел Геннадьевич поднял бокал. — Не чаял дождаться, пока мой охламон додумается.

— Наше что? — Илона напряглась. Про обручение она хотя бы в курсе, а объединение, что еще за зверь.

— Я сказал отцу, что мы решили слить наши фирмы, — Илья предостерегающе сжал локоть Илоны, потому она уже набрала полную грудь воздуха, чтобы опровергнуть тост.

— Давно надо было. У каждого своя изюминка, а вместе сила, — Павел Геннадьевич искренне радовался. — Я понимаю, что будут трудности, у Ильи характер невыдержанный, и тебя понимаю, Илоночка, что не хочешь уступать. Но я от дел постепенно отхожу и поставил Илье условие, что передам рекламную фирму только вам обоим. Пополам.

Вот оно что, Илона казенно улыбнулась в ответ на радость Павла Геннадьевича. Значит, все подпрыгивания Ильи связаны с тем, что фирму отцовскую терять не хочет, условия выполняет. Раскрученный бренд, влиятельные клиенты. Только какой смысл Илье объединяться с Илоной? И жениться? У нее маленький, даже микроскопический бизнес. Обороты хорошие, это да, и перспективы имеются, и клиенты ее любят. Она давно не бедствует, сама себе хозяйка. Но точно пятьдесят на пятьдесят не им сливаться. Это смешно с экономической точки зрения. Не выгодно Муромцевым. Ее семь человек, пусть каждый за четверых пашет, и сто двадцать восемь муромцевских.