Книга Отец подруги. Никто не узнает, страница 28 – Вероника Касс, Адалин Черно

— Чего стоишь, иди! — снова другой голос, вроде этот заговорил со мной самым первым. Впрочем, какая разница. Я на лицо то не очень между ними разницу вижу, а уж научиться отличать их по голосам вряд ли сумею.

Забегаю в комнату, закрываю за собой дверь, ставлю свечу в маленьком подсвечнике на тумбу и чувствую себя в этот момент самым настоящим Прометеем, похитившим огонь у самого Зевса.

Только вот что делать с этим самым огнем, не представляю. В комнате хоть и не холодно и не темно теперь, свеча не инструмент, который поможет мне отсюда сбежать. Разве что если использовать металлический подсвечник в качестве камня, которым можно разбить окно. Но и это, подозреваю, не поможет. Там снаружи услышат и иди знай, куда потом бросят. В подвал могут, где ни окон, ни дверей и уж точно могут быть крысы.

В итоге не придумываю ничего лучше, кроме как лечь на диван, но проворочавшись около получаса, все-таки решаю, что это уже чересчур. Я ничего не крала и никаких часов в его машине не видела. С чего мне теперь тут сидеть и волноваться за сестру?

Решаю дать Дамиру еще немного времени, чтобы опомниться и приехать отпустить меня. И совсем не удивляюсь, когда этого не происходит. Похоже, и правда решил меня держать здесь до утра. Только вот мне нужно домой. К сестре. Она у меня девочка не пугливая, когда проснется, точно вспомнит, что мы ночуем у соседки и не испугается, потому что у старушки уж точно безопаснее, чем дома. Но это не значит, что мне можно тут долго сидеть.

Выхожу снова. На этот раз амбалы уже не играют. Спят. Не все, к сожалению, так бы был шанс убежать. Но один сидит в телефоне, а при виде меня отвлекается.

— Звоните Дамиру, — говорю требовательно.

— Ты смотри. Вспомнила-таки?

— Звони.

Прикладывает телефон к уху, видимо, слушает гудки.

— Дамир Давидович, тут девушка говорит, что вспомнила, куда часы дела.

Дибил. Не говорила я такого. Просто хозяина попросила набрать.

— На! — протягивает мне телефон, который мне страшно брать.

— И? — звучит нетерпеливый голос в трубку. — Где?

— Вы можете приехать?

— А что так? По телефону не припоминается? Или соскучилась? Учти, с воровками я дела не имею.

А я с бандитами, хочется сказать, но вовремя прикусываю язык. В том, что он бандит, я после озвученной стоимости часов не сомневаюсь. И именно по этой причине держу это при себе.

— Мне нужно, чтобы вы приехали.

— Ясно. До связи.

Отключается. Я хочу перезвонить ему, но амбал уже выдирает у меня из рук телефон, который оживает в его руках трелью.

— Да. Понял. Хорошо. Будет сделано. До связи.

Говорю же, с хозяином общается. Так беспрекословно слушаться.

— В комнату к себе иди и советую больше так не делать. Ни при каких других обстоятельствах Дамир Давидович не приедет. Хватит испытывать мое терпение.

Вот как, значит?!

Ни при каких других обстоятельствах?!

И что теперь? Будут кормить меня и под надзором водить в туалет? Это все ничего, если держать человека, который реально знает, где краденное. Но я-то к этому не имею никакого отношения. Откуда мне знать, что эти часы вообще были? Впрочем, вряд ли он стал бы врать. Стрясти с меня ведь явно нечего.

В комнату возвращаюсь нервной и разъяренной. Всем здесь на меня наплевать. Амбалы следуют лишь приказам Дамира. А они у него самодурские. Вот почему он меня не слушает? Я же сказала — не брала. Может обыск устроить в нашем доме. Ничего ведь не найдет.