Книга Гражданство магической реальности, страница 170 – Максим Сабайтис

Вспышек, из-за которых коробка периодически покачивалась и обзаводилась новыми трещинами, сочащимися слизью, в моем отряде не увидел никто, кроме меня. Пришлось даже специально переспросить у подчиненных.

Командирский образ действий сказывался на мозгах: сначала отдал приказ спрятаться в кустах, на выходе из парка и лишь затем сообразил, что принял за вспышки проявления магии в муаровом диапазоне.

Не удивительно, что их никто кроме меня не видит, для этого же нужна хотя бы категория О!

Какое-то время перемещениям коробки никто не мешал, а затем на дороге появилась белая иномарка. Водитель решительно направлял машину на таран, но чуждая людям техника ловко подхватила одной из пяти конечностей стоявший на обочине автомобиль и швырнула его навстречу камикадзе.

Сила удара оказалась так велика, что иномарку, вместе с врезавшейся в нее машиной отбросило далеко в сторону.

— Ну и чем эту гадость будем уничтожать? — задумчиво поинтересовался Слава, вслед за Алисой выходя из режима солдафона.

— Чудом, — вздохнул я, подозревая, что печатники, запланировавшие наше участие в такого рода мероприятиях, позаботились о чем-то действительно неожиданном.

И чудо произошло. Похоже, чужеземная коробка была уже серьезно повреждена предыдущими атаками. Двигалась она не слишком ловко, а одну из конечностей явно берегла. Я надеялся на командирское озарение, которое проявится в самом начале боевого контакта, но вмешалась случайность.

Их было двое. Мужчина лет пятидесяти и молодая девушка, Не знаю, где толком они прятались, но где-то на противоположной стороне улицы. Когда я заметил движение, люди уже выскочили на дорогу перед самым противником.

Вспышка последовала за вспышкой, но теперь я был готов смотреть и знал на что смотреть. Два близких друг другу человека сначала обняли друг друга, а затем из груди каждого вырвалось что-то вроде луча.

У тех, кто не знаком с магией, резервуар невелик, а пара-тройка монет не в состоянии нанести хоть сколько-то значимый урон. Однако, получив сдвоенный удар практически в одну точку, коробка треснула и завалилась набок. Одна из её конечностей еще несколько секунд судорожно дергалась, но вскоре затихла.

— На разведку!

Мой отряд высыпал на шоссе целиком. Организованы мы были от слова никак, армейская прошивка не успела укорениться в сознании.

К тому же всем хотелось посмотреть на поверженного противника вблизи. В естественных условиях нас на какое-то время остановил бы страх. Но тут нас как будто лишили этого чувства.

Первым делом я подскочил к завалившей чужеземное устройство паре. Помню еще то ощущение апатии, которое сопровождает опустошение резервуара. Но то, что мне удалось увидеть, оказалось куда страшнее.

Поражающая вспышка питалась не только маной из резервуара. Она вытягивала из человека почти что всю его жизненную энергию. Мужчина будто постарел разом лет на тридцать. После выстрела он грузно опустился на теплый асфальт и к тому моменту как подбежал я, уже не дышал.

Девушка, выглядевшая дистрофичной старухой, держала его за руку и дышала с большим трудом.

— Противник повержен, командир…

На этот никому уже не нужный доклад ушли её последние силы. Моя попытка поделиться с нею маной наткнулась на ожесточенное сопротивление командирской прошивки. Да и успей я это сделать, вряд ли получилось бы сохранить её в живых.