Книга Я тебя присвою, страница 25 – Dari Gray

— С тобой не бывает просто, да? — я слышу веселье в голосе.

— А ты сомневался, — язвлю в ответ.

— Ни сколько.

— В общем у моей семьи, так скажем, есть связи в прокуратуре. После того случая, я всё никак не мог успокоится и попросил узнать всю информацию о тебе. И о твоих родных.

— Просто прекрасно, Глебов, ты опасный человек, — прищурившись, смотрю на него.

— Выяснилось, что твой отец погиб в аварии, ну я и сложил два плюс два…

— Стоп, при чём тут вообще прокуратура, на сколько мне известно, дело было закрыто. Виновник погиб на месте и всё списали на несчастный случай.

— Да, но ты же не станешь отрицать, что у твое отца был весьма успешный бизнес, а где большие деньги, там и куча акул, готовых откусить от тебя кусок побольше.

— Да, у папы был маленький завод по производству вина, но практически сразу после смерти мы лишились всего из-за долгов, — опускаю глаза вниз и нервно натягиваю рукава толстовки до кончиков пальцев.

— Я не думаю, что та авария была случайна, — эта информация бьёт меня по голове.

Став старше, я и сама пыталась разобраться в этом. Но что может несмышлёный подросток, в арсенале у которого лишь одни догадки.

— Даже если это и так, что теперь об этом говорить, это не вернёт мне папу.

Он кладет свои руки поверх моих, так, чтобы я прекратила мучать свою бедную толстовку. Его крупная ладонь, нежно обхватив моё запястье, начинает продвигаться чуть вверх, приподнимая край рукава. Подушечки пальцев медленно поглаживают мою бледную, по сравнению с его, кожу именно в том месте, где мы проверяем пульс, будто маленькое сердце бьётся под кожей.

— Что это? — сначала не понимаю его вопроса.

Проследив за его взглядом, понимаю, что Дементор пристально разглядывает моё тату чуть выше запястья.

— Ласточка… — он берёт мою левую руку и немного приподняв её, проходится пальцами по контуру татуировки, создавая новые стайки мурашек на моей коже.

— Красивая, — тянет он задумчиво.

Именно в этот момент мне хочется рассказать ему больше, довериться ему.

— Сделала в шестнадцать лет…

— Почему именно ласточка? — поднимает глаза на меня, я вижу, как в напряжении вздымается его грудь.

— Так папа называл меня в детстве. Я всегда ходила с длинным гладким, чёрным хвостиком, как у ласточки. Вот папа и звал меня — моя ласточка.

Неожиданно рука Глебова перемещается на мою щёку повторяя практически невесомые движения на запястье несколько секунд назад. Мы сидим непозволительно близко друг от друга. Немного приподняв мой подбородок он смотрит мне прямо в глаза. И то, что сейчас отражено в них, я не видела у него ни разу в жизни. Ласка. Трепет. Забота, Беспокойство. Желание. Дементор сокращает расстояние между нашими лицами, и я чувствую его горячее дыхание на своих губах. Сейчас меня совершенно не волнует, что мы сидим в людном месте, возможно, на нас уже кидают недовольные взгляды посетители.

Саша подается вперед, одной рукой обнимая меня, вторая скользит по моей шее и зарывается в моих волосах. Я чувству прикосновение его теплых губ, пугаюсь и инстинктивно пытаюсь отстраниться, но он не дает мне это сделать.

Но пугает меня сейчас не его близость, а реакция моего организма на его прикосновения. Внизу живота закручивается тугой узел. Медленно раздвигая мои губы, он проводит по ним своим языком, становится неприлично влажно, я задыхаюсь от эмоций, которые сейчас испытываю. Не хочу прекращать эту сладкую пытку, и сама подаюсь немного навстречу, поцелуй углубляется, мы пробуем друг друга, его слюна смешивается с моей. Становится так жарко… Язык проникает в мой рот, аккуратно исследуя его, и тут Сашу срывает. Из нежных, практически невинных поцелуев, они перерастают во влажные, жаркие и страстные. Внизу начинает сильно пульсировать. Я цепляюсь за его широкие плечи, чувствую, как под пальцами его мышцы напрягаются и становятся натянутыми, как струна. Руки Дементора вовсю хозяйничают на моей талии, спине…