Книга Обещал жениться, страница 36 – Любовь Матвеева

Георгий Константинович уже заказал в типографии напечатать воспоминания о своей жизни, и обещает мне дать прочитать. Я никак не обнаруживаю того, что мне стало известно о его прошлом и настоящем, да и не уверена, правда ли это? С нетерпением жду – что-то он напишет о своей жизни? Какой он сам её видит?..

Сегодня у меня запланировано навестить двух знакомых – Зою и Любу. Долго иду от автобуса пешком к Зое, сочиняя фразу: мол, визит затеяла пораньше с утра, чтобы застать её дома, и представляя, как мы вместе невесело посмеёмся – Зоя уж много лет наполовину парализована, и едва ходит, костыляя с палочкой.

Я иду и думаю о её неудачной судьбе: родилась в Германии в концлагере вместе с сестрой, которая теперь живёт в Москве. Вышла замуж за пьяницу. Такими же выросли два её сына. Всех их она уже похоронила, и продолжает жить в жалком бараке, борясь за жалкое существование. В чём была её ошибка и где она, человек с сильным характером, дала слабину? Короче – кто виноват в её несчастной судьбе?

Но вот и Зоин «особняк». Старинная дореволюционная постройка. Я подозреваю, что здесь в своё время находилась станция для перекладных упряжек на почтовом тракте. Взбираюсь на второй этаж по крутой деревянной лестнице – наверное, Зоя не каждый день по ней спускается… В коридоре ряд дверей. Стучусь в Зоину. Нет ответа. Но не могла же она, В САМОМ ДЕЛЕ, так рано куда-то податься! Узнаю от соседки – ушла в магазин, который не близко, и вернётся к обеду, не раньше. А недавно и вообще… Зоя ездила в Москву, к сестре… Одна… Говорит, московская сестра чуть не упала, когда увидела Зою у себя на пороге…

Ну Зоя Борисовна даёт!.. Я передаю соседке несколько фотографий для Зои, сфоткала её несколько месяцев назад, и, выйдя на улицу, фиксирую на плёнку старинное здание для истории города – раритет! Мне ничего не остаётся, как продолжить путь – к Любе. Отсюда это уже совсем близко.

Любе сильно за семьдесят, и ещё недавно она жила в своём стареньком домике, который с мужем построили давным-давно. Только внезапный пожар заставил её перебраться в шикарный особняк по соседству, построенный зятем. Как ни ценила она свою независимость, как ни сопротивлялась переселению, обстоятельства оказались выше, и я стучу в окно её нового дома.

У Любы со здоровьем тоже не ахти – шесть инсультов (или инфарктов)! Но с виду ничего не заметно, видны даже остатки былой красоты. Люба рада мне. Она большая любительница чтения, и хоть у неё множество внуков и обязанностей по дому, умудряется иногда почитывать. Я принесла ей новые книжки и хочу забрать свои, тем более, что они библиотечные.

В большом доме современной планировки стены вибрируют от детских криков и возни, и кажется, что маленьких мальчиков не два, а двадцать. Зять Любы Виктор на этот раз оказался дома – обычно он в отъезде. Виктор одел внуков и увёл на улицу, чтобы дать нам поговорить, чему мы с энтузиазмом и предались.

— Люба, я ходила к Зое, но не застала дома. Шла и думала о её несчастной судьбе. Как ты думаешь, кто виноват в её бедах?

— Сами мы и виноваты. Вот посуди на моём примере. Я вышла замуж за парня, которого сильно любила, Василия. Мы прожили с ним четыре месяца. Тут пришёл из армии его друг, и Вася позвал меня сходить к нему, поздравить – там собиралось застолье. Я отказалась – завтра на работу, а Вася ушёл. День, два, три он приходил поздно – гулянка затянулась. На четвёртый день я собрала вещи – много ли их тогда было, и ушла назад на свою квартиру. Мы с ним ещё не расписаны были.