Книга Станция Озерки, страница 30 – Дарья Демидова

— Он скорее бы пристроил тебя подле себя, но не в Седьмой отдел, — покачала она головой, не веря в услышанное.

— Эх, мама. Плохо ты меня знаешь, а отец, выходит, знает меня лучше.

Тень обиды мелькнула на красивом лице женщины, но она тут же взяла себя в руки.

— С чего ты так решил?

— Ему известна моя нелюбовь к власти и бизнесу и он смирился с этим.

— Ну хорошо... Но ты бы мог вернуться преподавать в ИЛИ. Либо в библиотеку. Уверена, Евгений Михайлович был бы рад тебя там видеть.

— Я думал над этим, — признался Марк. — И думал вернуться к работе, но понял, что пока не могу и не хочу. Я как будто выгорел.

— Такое случается, сынок. У тебя просто кризис среднего возраста, — философски заметила Софья Эдуардовна.

— Какой нафиг кризис? Мне всего тридцать! — возмутился Марк.

— Кризисы в жизни и людей, и акудзин встречаются чаще, чем ты думаешь. Первый твой кризис был примерно в три года.

— Нашла, что вспомнить, — фыркнул Марк.

— Твои истерики так просто не забудешь, — парировала она. — И все же... Почему Седьмой отдел? С твоим умом и талантами... Я ничего не хочу про них сказать, они делают очень важную и полезную работу, но... это не твое.

— Я тоже так думаю, но почему-то еще там, — задумался Марк. — Это даже бывает интересно. Вчера мы с коллегой ездили в пригород, общались с людьми, меняли им память, рыскали по милицейским архивам. Я не сидел на месте, устал как собака... и я начал нормально спать.

— Это может и поможет тебе переключиться на время, отвлечься. Забыть о том, что произошло. Мне кажется, что ты принял все это слишком близко к сердцу и пропустил через себя.

— Ты когда-нибудь убивала? — жёстко спросил Марк.

— Да, — глядя прямо в глаза сыну ответила Софья Эдуардовна. — Все мы когда-то убивали. Не намеренно, Марк. Когда у тебя сущность больше семи, контролировать ее сложнее. Что уж говорить про десяток. В молодости мне казалось, что стоит потянуться к ней, и уже она тебя контролирует, а не наоборот. Вот только мы чахнем без подпитки, приоходится уживаться и мириться с тем, что мы способны отнять жизнь.

Они помолчали какое-то время. Марк обдумывал слова матери, но был с ней не согласен насчет того, что контролировать сущность сложно.

— Я же не убивал в молодости, и вообще считаю, что сущность — просто второй желудок. Медики и ученые со мной согласны.

— Я старалась сделать все, чтобы оградить тебя от этого. Но могла и не стараться. Есть такие акудзины... они прекрасно контролирую себя. Это особый дар. Ты из их числа, к счастью. А по поводу Седьмого отдела, я не знаю, почему отец захотел тебя туда пристроить, но обязательно это выясню. Просто мне кажется, что эта работа слишком простая для тебя.

— Ха-ха. Ну не скажи... — протянул Марк. — Вот ты знаешь, как найти акудзина, когда я не знаю о нем ровным счетом ничего и даже фото не имею? Только видел один раз и теперь мне надо найти иголку в стоге сена.

— Опиши, — попросила Софья Эдуардована.

— Молодая девушка, лет двадцати двух-двадцати пяти, невысокого роста, очень красивая, блондинка с длинными волосами.

— Не густо, — усмехнулась Софья Эдуардовна. — Если она из десяток, обратись к Померанцевой. Я скину тебе контакты.

— Это кто?

— Сваха. Ты же помнишь, что высокородным слабые пары и люди в семье ни к чему. Смешение крови приводит к снижению силы сущности у детей.