Книга Станция Озерки, страница 18 – Дарья Демидова

Но Марк его почти не слушал. Он вспоминал, где слышал это название: станция Озерки.

— Точно, — кивнул он собственным мыслям.

— Что «точно»? — не понял Кирилл.

— На станции Озерки в прошлом году пропала девочка. Я натыкался на это дело... Тут на столе в папке лежало, — Марк удивленно посмотрел на девственно чистый стол.

— Я все отнес в архив. Пойдем, глянем?

— Да, пойдем, — протянул Марк, решая, что готов делать что угодно, лишь бы не возвращаться к состоянию апатии и алкоголю.

Не успели мужчины выйти в холл, как столкнулись с Константиновым. Начальник опешил, увидев Марка, но тут же подобрался.

— Явился — не запылился! Ты, Голицын, либо работай как положено, либо мозги не делай! Чай не бабы твои, чтобы нами крутить! Тут серьезная организация, понятно?!

— Понятно, — ответил Марк, ухмыляясь.

— И это... за ремонт спасибо, — сквозь зубы процедил Константинов. — А то всем дают денег, а мы что, не люди что ли?

— Вообще-то, мы — акудзины, — без задней мысли поправил начальство Кирилл.

— Ты мне еще поумничай! — взревел Константинов. — Работы нет?! Сейчас найду!

— Есть, — ответил Кирилл равнодушно, будто уже привык к специфическим манерам начальства.

— Ну так работайте! — бросил Константинов и испарился.

— То есть... это не лечится? — спросил Марк коллегу.

Кирилл махнул рукой, мол не обращай внимания, и пошел к лестнице.

* * *

Архив находился в подвале. Здесь состояние помещений было еще хуже, чем наверху. По стенам виднелись подтеки, словно подвал заливало и ни раз. А в коридорах горели одинокие лампочки, почти не давая света.

Документы хранились в свободном доступе в большой комнате с древними металлическими стеллажами. При этом никаким порядком здесь и не пахло. Коробки с папками, папки без коробок, отдельные стопки бумаг были разложены по всем поверхностям без какой-либо логики. Особенно Марка удивила пирамида из коробок выше его роста в углу. К ней-то и направился Кирилл.

— Говорят, раньше было по-другому. В девяностые тут все пришло в упадок, — пояснял Калинин, переставляя коробки в поисках нужной. — Финансирование сократилось, народ работать не горел желанием. Все как у людей.

— У профессора Дженкинса есть отличная книга на эту тему, — проговорил Марк. — Мы слишком удалились от своих корней, решив ассимилироваться и мимикрировать под большинство.

— Ага, это точно, — усмехнулся Кирилл. — Я иногда себя и акудзином-то не ощущаю.

— Джекинс не считает, что это плохо. И я с ним согласен, — продолжил развивать мысль Марк. — Жизнь в обособленном закрытом обществе рано или поздно приводит к деградации этого общества. Мир меняется, и некоторым видам ничего не остаётся, кроме как меняться вместе с ним. Это не плохо и не хорошо — просто факт.

— А некоторые орут, что мы должны свести контакты с людьми до минимума, — протянул Кирилл.

— В шестидесятые некто Бровин заявил, что акудзинам надо срочно сплотиться и вернуться к истокам. Некоторые повелись на его речи. Они поселились недалеко от Армавира и кошмарили местных несколько лет, пока не начали откровенно демонстрировать сущность. Дошло до того, что Правление вмешалось. Седьмой отдел гонялся за свидетелями пару лет. Всего людей, которым пришлось тереть память, было около пяти тысяч.

— Я не знал, — удивленно уставился на него Кирилл.