Книга Опьяненная страстью, страница 23 – Мишель Смарт

Внезапно Константинос схватил ее за запястье и притянул к себе, обхватил за талию и впился в ее губы жарким поцелуем. Со стоном, который, казалось, исходил из самой глубины ее существа, Лена растворилась в Константиносе. С каждым мгновением поцелуя в нее возвращалась жизнь.

Тоска по его объятиям, страстным поцелуям, вкусу и аромату его кожи не отпускала ее все эти месяцы. Все ее чувства были обострены до предела, желание наслаждения становилось невыносимым — Лена так долго хотела его и не верила, что это возможно.

Горячее, непреодолимое желание пульсировало в Константиносе, настойчивое, обжигающее возбуждение, которое он держал под жестким контролем, вырвалось на свободу. Прижав Лену к стене, он впился в ее губы; несмотря на слои одежды, жар их прижатых друг к другу тел был таким же всепоглощающим, как если бы они были обнажены.

То, как он реагировал на эту удивительную женщину, не было похоже ни на что другое. Несмотря на все усилия, воспоминания о ней не оставляли его. Он не мог даже выпить бокала вина, не вспоминая улыбку Лены, когда та подносила бокал к своим соблазнительным губам. Возбуждение, мучительное и неуместное, накрывало его томительной волной при одном воспоминании о ее расстегнутой красной блузке. Даже при виде доставки льда в один из его отелей Константинос сразу же подумал о ней, и одного этого было достаточно, чтобы в груди загорелось.

Дыша прерывисто и лихорадочно, он оторвался от ее губ и уставился на раскрасневшееся прекрасное лицо. Когда он посмотрел в ее одурманенные желанием глаза, до него дошло, что большая часть гнева, который он носил в себе с момента их совместной ночи, рассеялась.

— Пожалуйста, не говори мне, что это было ошибкой, — прошептала Лена, откидывая голову назад.

— Лена, я не хочу, чтобы мы друг другу врали. Этого и так было слишком много.

— Знаю. Прости.

К своему удивлению, Константинос поверил ей. — Я потратил столько сил, пытаясь забыть ту ночь, а теперь узнаю, что ты беременна. Я просто не знаю, что с этим делать.

Лена неуверенно улыбнулась:

— Я тоже…

Он посмотрел в ее прекрасные глаза и почувствовал, как снова сжалось его сердце.

— Обещаю, что буду поддерживать тебя финансово и буду отцом нашему ребенку, насколько смогу, но это все, что я могу обещать.

Она еще раз неуверенно улыбнулась и кивнула. — Единственное обещание, которого я хочу от тебя, — это всегда ставить нашего ребенка на первое место.

Напряжение в его груди усилилось до предела. Сопротивляясь растущему желанию поцеловать ее снова, Константинос отстранился от нее и направился к выходу. Пришло время выбираться из этого душного номера и давящего присутствия Лены.

— Даю тебе свое слово.

На следующее утро Лена, пробегая на лыжах мимо иглу, увидела Санта-Клауса. Ледяной отель «Сиопис» не был рассчитан на детей, но в декабре, когда повсюду звучали новогодние песни и крупные хлопья снега засыпали пушистые сосны, взрослые возвращались в детство и снова начинали верить в чудо.

У входа в большой коттедж Лена осторожно сняла лыжи, стряхнула снег с капюшона и вошла в большой коттедж. Внутри было тепло, все люстры и светильники включены на полную мощь.

Она надеялась, что синоптики ошиблись, предсказав затяжную метель, — нет ничего хуже, чем передвигаться по комплексу при нулевой видимости. Иногда метели становились настолько сильными, что самолеты в местном аэропорту не могли ни приземлиться, ни взлететь.