Книга Тайны Васильков или мое нескучное лето, страница 49 – Лина Филимонова

— Там уборная, — объяснила я.

— А-а, спасибо, пока не надо…

Ваня снова прошелся по гостиной из конца в конец.

— Может, ты, наконец, сядешь? — вырвалось у меня. — А то у меня от тебя шея болит.

— Причем тут шея?

— Мельтешишь туда-сюда.

Ваня остановился и внимательно посмотрел на меня. Мне почему-то стало неуютно под его взглядом и я опустила глаза.

— Как бы то ни было, похоже, они своего добились, — мрачно сказал он.

— Какие «они» и что вообще ты имеешь в виду?

— А ты не понимаешь?

— Нет.

— Посмотри на себя. Ты вздрагиваешь и оглядываешься каждую минуту, твои нервы…

— С моими нервами все в порядке! — воскликнула я с непонятной мне самой злостью.

— Я предпочитаю не закрывать глаза на очевидные вещи, — медленно произнес Ваня.

— Я тоже! Я…

Я опустила голову и закрыла лицо руками. Я слышала, как Ваня подошел ко мне и почувствовала тяжесть его большой теплой руки на своем плече.

— Не могу сосредоточиться и спокойно обо всем подумать, — пожаловалась я. — Я хочу, но мысли расползаются, как тараканы, и остаются одни эмоции.

— Ничего, — Ваня сжал мое плечо. — Ты просто устала. Тебе нужно выспаться. Ты сейчас ляжешь, поспишь, а утром все будет выглядеть совсем по-другому.

— Утром всегда все выглядит по-другому, — глубокомысленно заметила я. Кажется, способность мыслить начинает потихоньку ко мне возвращаться.

Я отправилась в ванную чистить зубы. Я приняла душ, надела пижаму, сверху нее халат, а на ноги — теплые носки. Только после этого я немного согрелась. Во всяком случае, внутренняя дрожь прекратилась.

Когда я вышла из ванной, Ваня смотрел на меня каким-то странным взглядом. По-моему, так обычно смотрят на хорошеньких котят, щенков и маленьких детей. Он проводил меня до двери моей спальни и остановился на пороге, наблюдая, как я зашториваю окна и складываю покрывало.

— Я оставлю дверь открытой, — сказал он.

— Хорошо, — отозвалась я, стараясь, чтобы в моем голосе не прозвучало облегчение.

Я улеглась и укрылась одеялом. Ваня все еще стоял в дверях.

— Выключить свет? — спросил он.

Я кивнула. Он протянул руку к выключателю, и комната погрузилась в темноту. Теперь ее освещал только слабый свет, падавший из двери гостиной, которая была расположена перпендикулярно двери в мою спальню. Ваня выглядел как темный силуэт, лица его совсем не было видно. Очертания всех предметов стали размытыми и нечеткими. Ваня сделал шаг вперед. Я замерла, стараясь унять участившееся сердцебиение. Он быстро прошел к окну, отодвинул штору на несколько сантиметров и выглянул на улицу. Пока он стоял у окна, наблюдая за тем, что происходит или не происходит снаружи, я успокоилась настолько, что даже начала зевать.

— Ну, что там? — спросила я сонным голосом.

— Ничего, — отозвался Ваня. — Все спокойно. И тебе спокойной ночи, — добавил он, направляясь к двери.

Мне показалось, что он на секунду остановился, проходя мимо моей кровати, но сразу же пошел дальше и вышел из комнаты, не закрывая дверь.

— Подушки и одеяла в шкафу, — сказала я ему вслед. — Я не думаю, что сегодня они… Они же знают, что ты здесь. Так что ложись спать.

— Я подумаю, — ответил мне Ваня из гостиной.

Через несколько минут в гостиной тоже погас свет. Я закрыла глаза, а когда открыла, было уже позднее утро.