Книга Тайны Васильков или мое нескучное лето, страница 21 – Лина Филимонова

— Ах, вот ты как! — Белка откинула со лба мокрые волосы и уперла руки в бока. Ее глаза сверкали так грозно, что я на всякий случай положила ведро и ретировалась за колодец.

— А что? — спросила я невинным голосом. — Ты же сама хотела обливаться.

— Но не в одежде же! — воскликнула Белка. — И не так неожиданно.

— Ты что, собиралась тут раздеваться? — спросила я, оглядываясь по сторонам.

Из-за заборов и из-под занавесок уже выглядывали любопытные лица. Колодец-то посреди улицы.

— Да, об этом я не подумала.

— А я подумала.

— Слушай, а мне ведь лучше стало. Голова прошла. — Белка осторожно помотала головой из стороны в сторону. — Точно, не болит.

— Вот видишь. Может, еще разок? — предложила я.

— Ну уж нет. Разве что тебя облить. Для равновесия.

— У меня-то с головой все нормально. И закаляться я никогда не собиралась.

— Ладно, пошли, — сказала Белка. — Надо переодеться. Здесь сейчас вся улица соберется. Можно подумать, они никогда не видели, как люди занимаются оздоровительными процедурами.

Я посмотрела на Белку. Ее шорты обвисли, футболка прилипла к телу, волосы висели отдельными прядями. Но зато глаза были веселые, и щеки разрумянились. Закаливание — страшная сила.

Меня мучили сомнения. Я не знала, стоит ли рассказывать кому-нибудь о сокровищах. И дело не в том, что я боялась конкуренции или кровавой дележки с потерей человеческого лица, как это обычно бывает в книгах и фильмах о поисках кладов. Мой страх был гораздо более тривиальным: я боялась выглядеть глупо. У меня есть некоторый опыт в этой сфере, и он принуждает меня к осторожности. Обычно, когда доходит до дела и уже никуда не деться от дружеских снисходительных взглядов и похлопываний по плечу, выражающих непритворное сочувствие моим скудным умственным способностям, я веду себя мужественно и встречаю насмешки лицом к лицу. Но, если есть способ избежать подобной ситуации, меня тянет им воспользоваться.

Так что Белке я пока решила ничего не говорить. Сразу после водных процедур она попросила меня отвезти ее в Мальцево, чтобы посетить там магазин, в котором есть альбомы и краски, жизненно необходимые Алинке.

— Я взяла с собой целую кипу альбомов, но она уже все изрисовала! — пожаловалась моя мокрая подруга.

Итак, Белка переоделась, уложила Алинку спать, выпила три стакана простокваши, еще раз проинструктировала бабу Грушу, что делать с Алинкой, когда она проснется, и мы помчались.

До Мальцево чуть больше десяти километров по отнюдь не гладкой дороге, ехала я медленно, осторожно объезжая каждую кочку и выбоину, так что у знаменитого камня мы оказались не раньше, чем через двадцать минут.

— Ух ты! — воскликнула Белка. — Прямо как в сказке!

— Ты что, на самолете в Васильки прилетела? — поинтересовалась я. — По дороге этот камень никак не объедешь.

— Меня привезли. А в последние полчаса я вообще дороги не видела. Алинка раскапризничалась, я ее успокаивала.

— Ну, тогда смотри. Места тут очень живописные. И очень путаные. Лично я, когда ехала в Васильки, на этом самом месте заблудилась.

И я рассказала Белке историю с вороной.

— А, может, съездим, навестим ее? — предложила Белка. — Так вот запросто, по-дружески.