Книга Босс с прицепом, страница 28 – Лина Филимонова

— Что это?

— На текущие расходы. Кафе-мороженое, карусели и прочее.

— А шопинг в текущие расходы входит?

— Вам нужно что-то купить?

— Ну, мало ли. Вдруг понадобится. Вечернее платье для свидания, например.

Я вижу, что у Маньяковича напряглись вены на шее.

— Никаких свиданий, пока вы на меня работаете! - рявкает он.

— Вы серьезно?

Он молчит. Смотрит на меня. Лицо каменное.

Ненавижу, когда он так делает!

— Наши с вами рабочие отношения никак не отменяют мою личную жизнь, - заявляю я.

— И как она, ваша личная жизнь?

— Прекрасно! А ваша как?

— Не жалуюсь, - бурчит Маньякович.

Целует Максика, идет к машине и уезжает. Даже не попрощавшись со мной! И не прокомментировав свое заявление о запрете свиданий.

Как попаду домой - обязательно внимательно прочитаю контракт. Не может быть, чтобы там был такой пункт.

* * *

Через три часа мой демонический работодатель снова заявляется домой.

— Проверяете? - спрашиваю я.

— Волнуюсь, - признается он.

И становится похожим на человека.

— Не стоит.

— Максик…

— Классный мальчишка.

— Вы первая так говорите. Все воспитатели от него волком воют.

— От меня тоже выли, - признаюсь я. - Когда мне было шесть лет.

— Даже не сомневался в этом, - усмехается босс.

— Поэтому мы с Максиком прекрасно ладим.

— Я рад, что мы вас нашли, - выдает босс.

— А я…

Теряюсь и не знаю, что сказать.

Мне начинает казаться, что мой босс не такой уж плохой. Во всяком случае, он очень заботливый и любящий отец.

Ну а то, что он такой замороженный… Может, жизнь у него такая, что замороженным быть легче.

Он уезжает, я начинаю накрывать стол для полдника. И тут Максик залетает на кухню.

— Смотри, что я нашел в гостевой спальне! Какой-то странный шарик. Надуешь его?

Виктория

— Это не шарик, - лепечу я.

И выхватываю из рук Максима презерватив. Преодолевая брезгливость. Я не хочу его трогать! Но не могу позволить мальчишке засунуть эту гадость в рот.

К счастью, он хотя бы не использованный. Иначе я бы с брезгливостью не справилась.

Я быстро выбрасываю мерзкий предмет в мусорное ведро.

— Я хотел его надуть!

— Этот не надо. Мы с тобой купим другие шарики.

— Ура! Шарики! Пошли купим! А потом будем наливать в них воду и сбрасывать с балкона.

— Обязательно, - бурчу я себе под нос. - На голову твоему папе. А где ты нашел этот шарик?

— В гостевой спальне. Под кроватью. Он был в таком маленьком порванном пакетике. Я думал, это конфета…

Ну, Арсений Маньякович… А я еще думала, что он хороший отец!

А он презервативы по всей квартире разбрасывает. Может, там и использованные есть? Он же привык, что за ним горничные убирают.

Буржуй хренов…

Я на всякий случай захожу в гостевую спальню. Вижу кое-как застеленную кровать. Становлюсь на четвереньки и заглядываю под нее. Я должна знать, что Максик может там найти.

К счастью, использованных резинок там больше нет. Зато валяется помада.

Понятно.

Гостевая спальня - это траходром озабоченного маняка. Помада малиновая. Я такую видела у той брюнетки, с которой он обжимался на работе. Видимо, она его и дома развлекает…

И он еще предлагал мне спать в этой самой спальне!

Надеюсь, это был не намек? Пусть только попробует делать мне такие намеки!

Узнает, какова я в гневе…

Пока мы идем в ближайший магазин за шариками, Максик рассказывает мне, как он ночью спал в папиной кровати, проснулся, а папы нет. Ходил, искал его, дергал двери. Ему показалось, что кто-то где-то плачет. Он и сам чуть не расплакался от страха. Но папу так и не нашел…