Книга Привет! Я вернулся, страница 65 – Лина Филимонова

— А когда весна?

— После зимы. Но сначала осень должна закончится. А она только началась.

— Значит, сначала будет осень, потом зима, а потом мой день рождения?

— Ага.

— В апреле мне будет пять лет! — еще раз повторил мой сын. — Я буду старше Феди.

— Будешь, конечно. Но недолго. У него день рождения в мае.

Я подняла глаза.

И наткнулась взглядом на Матвея…

Матвей

Я не нанимался Глисту в друзья!

Да, мы с пиратом соскребли его с пола. Дали стакан портвейна. Потом еще один… Нам пришлось снять с него рубашку и повытаскивать осколки. От бутылки, которую он сам разбил, между прочим!

Цезарь намазал его зеленкой. А я в это время чокался с ним портвейном, хотя сам не пил. Я слушал его пьяное невнятное нытье. И смотрел в его постепенно стекленеющие глаза.

Я не говорил Паше, что отстану от Насти! Я вообще мало говорил.

Но он с чего-то решил, что я “классный мужик”. И что мы с ним теперь друганы не разлей вода.

Идиот.

Придурок хлипкий! Сам на пустом месте создал себе проблемы. Будь на моем месте кто-то другой, его бы отделали, как отбивную. А нефиг лезть к более сильному противнику!

Хотя, с другой стороны, это даже вызывает уважение…

Но пьяные сопли и слюни не вызывают!

Мы довезли его до дома. Сдали на руки Насте. Она смотрела на меня так… Эти горящие зеленые глаза. Этот злой румянец, на милых щечках. Эта вздымающаяся от переполняющих эмоций грудь…

Больше всего на свете я хотел схватить Настю в охапку и поцеловать.

Долго-долго и нежно-нежно целовать ее сладкие пухлые губы…

Но, боюсь, она бы не оценила такого жеста. Ее беспокоило здоровье и самочувствие непутевого муженька.

А меня она хотела убить на месте!

И все-таки я сказал ей то, что давно хотел сказать. Момент был абсолютно неподходящий. А когда будет другой? Боюсь, никогда.

Все не вовремя.

Я тормоз и идиот, мы это уже выяснили. Я опоздал на пять лет.

Но я все же сказал ей!

* * *

А сегодня Настя делает вид, что ничего не было.

Разговаривает со мной холодно и отстраненно, как с обычным пациентом. Хотя нет. С обычными пациентами она добра и приветлива, я не раз видел.

И только со мной играет в Снежную королеву…

Я довольствуюсь малым. Случайное прикосновение. Нечаянная улыбка, адресованная не мне, а тому, с кем она говорила по телефону. Взгляд в вырез халата…

Сегодня я пыхчу на тренажерах.

Настя задала бешеную скорость на специальном имитаторе велосипеда. Пять лет назад я умирал, работая на такой скорости. А сейчас это мне как два пальца об асфальт.

— Я не думаю, что вам, пациент Иванов, нужна восстановительная терапия. У вас и так все прекрасно. Вы на удивление хорошо восстановились после аварии и операции.

— Настя… — произнес я. — Вообще-то, моя фамилия не Иванов.

— Мне все равно.

Она даже не удивилась!

Значит, пыталась что-то обо мне узнать. Поднимала мои данные, записанные в карточке.

— И адрес в моем паспорте ненастоящий. И сам паспорт тоже.

— А ты сам настоящий? — пылко воскликнула моя любимая женщина. — Кто ты вообще такой?

Справедливый вопрос…

— Понимаешь, пять лет назад мне нужно было скрыться. Та авария была подстроена…

— Зачем ты мне это сейчас рассказываешь?

— Чтобы ты знала.

— Мне все равно! Это меня не касается.

— А пять лет назад было не все равно?

— Переходи на следующий тренажер, — скомандовала Настя.