Книга Скажи, что любишь, страница 27 – Маргарита Дюжева

— Кирилл!

— Все.

Ольга снова дует губы не понимая, что хладнокровное «все» относится не только к этому разговору. Не судьба ей прокатиться со Смолиным на каруселях, он уже вычеркнул ее из своей жизни. Голова его занята другим. Мной.

Я вижу его недоумение, вижу, как старательно он пытается сложить два плюс два, а оно сука, не складывается. Не получается найти достойное объяснение, входных данных не хватает, логика провисает.

Губошлепая что-то пищит, но Смолин ее не слушает. Даже внимания не обращает, будто она всего лишь картинка на заднем фоне.

Я вижу, как его рука спускается в карман, и меня простреливает до самых коленок осознанием того, что сейчас произойдет. Под удивленным Ленкиным взглядом, выдергиваю свой мобильник и успеваю переключить на бесшумно за секунду до того, как поступает входящий звонок.

На черном экране холодное «Смолин».

Все. С расчетами покончено, пришло время задавать вопросы.

Я сжимаю телефон в потной ладони, а сама продолжаю наблюдать за Кириллом. Недоумение закончилось. Взгляд снова стал жестким и требовательным. Губы сжаты в тонкую линию. На скулах заиграли желваки.

Злится…

И я даже думать не хочу из-за чего. Может, ему просто не нравится, что я не схватила трубку после первого же гудка, а может, он уже готов казнить за обман.

— Кому ты звонишь? — пристает Ольга. Ее голос истерично дрожит, а вареники неистово трепещут.

— Ты еще здесь? — не глядя.

Наконец, до нее что-то начинает доходить:

— Кирюш…

— Исчезни.

— Кир!

Он просто разворачивается и уходит, по-прежнему продолжая набирать мой номер, а девица бежит следом, лопочет что-то, всхлипывает. Она выглядит жалко. Хуже нее только я сама, притаившаяся за чучелом уродливого клоуна с мигающим телефоном в руке.

— Как думаешь, он все понял? — шепотом спрашивает подруга, — догадался?

— Он не дурак, Лен, — я запихиваю телефон в карман. Руки трясутся, ноги тоже. Изнутри поднимается волна горечи, — и никогда им не был.

Мне чертовски жаль, что не удалось спокойно доходить до конца срока. Теперь о спокойствии можно забыть.

— Соври ему, что ребенок не от него.

— Он умеет считать. Мы еще были женаты, когда я забеременела.

— Скажи, что у тебя был любовник. Даже два. Нет, три! И кто-то из них скоро станет счастливым папашей.

— Лен, это так не работает. Не с ним.

Я уверена, что Смолин не поверит мне на слово, чтобы я ни сказала, и запросит тест. Если потребуется, добьется этого через суд. Обезьяньи ужимки и бездарное вранье его не остановят.

Ленка морщится, потом вздыхает, признавая мою правоту, и оттаскивает клоуна в сторону:

— Идем.

Мы покидаем наше убежище безо всяких перебежек и шпионских штучек. Уже нет смысла. Беги, не беги, никуда не денешься. Наверняка, Смолин уже на пол пути к моему дому.

Ленка тоже приходит к такому заключению, поэтому предлагает:

— Переночуешь у меня?

— С удовольствием.

Я не бегу и не прячусь. Просто я оказалась не готова к тому, что моя тайна внезапно выпрыгнет наружу. Мне нужно немного времени, чтобы собраться, привести мысли в порядок и настроить себя на встречу с бывшим мужем.

Желая выспаться, я поставила телефон на беззвучный и положила экраном вниз. Потом подумала и вообще вынесла его на кухню на всю ночь. И как выяснилось утром, сделала это не зря.