Книга Измена. Найти свое счастье, страница 26 – Аля Драгам

— Не надо следить, — последний кусочек отправляется в рот.

Тщательно пережёвываю и поясняю:

— Я не знала, вчера только увидела. Думала, где шнурки, там вода попадает.

Мама закатывает глаза по поводу моей невнимательности, а я ополаскиваю кружку и проскальзываю в ванную, чтобы привести себя в порядок.

Быстро заплетаю косу, умываю лицо, и с тоской смотрю на отражение: тональный крем и румяна не повредили бы, но на использование косметики у нас табу. Максимум — увлажняющий крем и бесцветный блеск для губ.

С другой стороны, красоваться мне всё равно не перед кем.

— Я всё, — появляюсь, натягивая на ходу водолазку и заправляя её в брюки.

Под пристальным контролем наматываю шарф, беру шапку и застёгиваю куртку прежде, чем мы покинем квартиру.

На улице дует сильный ветер, от которого становится очень холодно в первые же минуты на открытом воздухе. Хочется поскорее спрятаться в тёплом салоне автобуса или трамвая, но, как назло, нужные нам номера задерживаются.

Кто-то из ждущих с нами пассажиров озвучивает причину: недалеко от поворота сошёл с рельсов трамвай и движение встало. Я умоляюще смотрю на маму: самое время вернуться, но она решает пройти пешком до главной улицы, где нет проблем с транспортом.

Идти в хорошую погоду не так и далеко, а вот осенью, когда порывы ветра сбивают с ног, прогулка кажется очень долгой и очень неприятной.

Краем шарфика вытираю лицо, стоит нам войти в подошедший автобус. К счастью, он подъехал сразу, как только мы добрались до остановочного комплекса.

Прикладываю карту к валидатору и занимаю место у окна, с удовольствием рассматривая улицы города. Я люблю осень, но другую. Когда листья красочным калейдоскопом греются в солнечных лучиках, когда воробьишки ловят последнее тепло и купаются в лужах, когда осенние цветы торопятся подарить свою красоту окружающим.

А бесконечные дожди и слякоть не люблю, потому что весь окружающим мир размазывается как плохое изображение за грязным и наспех протертым стеклом.

Чем ближе к центру, тем больше становится людей. Уступаю место старушке, а сама продвигаюсь к выходу. Мама идёт следом, крепко придерживая сумку.

Последнюю остановку еду, практически распластавшись по дверям, и буквально выпадаю, когда они распахиваются. Но грудную клетку больше не сдавливают и это настоящее счастье!

Последний рывок на то, чтобы перейти дорогу. Светофор долго не загорается зеленым сигналом, а когда загорается, одна из машин вдруг вылетает вперед и разворачивается под общий гул недовольства.

«Хорошо, никого не зацепил», — думаю, пока другие ругают незадачливого водителя. Впрочем, тому нет разницы явно, что о нём подумают. Автомобиль паркуется на той стороне дороги, куда идём мы, и замирает в паре метров от пешеходного перехода.

С интересом наблюдаю за ним, так как он мне кажется знакомым. Хотя откуда у меня могут быть знакомые черные автомобили?

Даже не так.

Дорогие черные автомобили не могут быть мне знакомы просто потому, что у меня нет круга общения с подобными людьми.

И с другими тоже нет, а мне бы хотелось идти сейчас не с мамой, а с подругой, весело обсуждая модель или цвет куртки.

— Мам, — поворачиваю голову, — можно выбирать не только серые и чёрные?

— А какие? Светлые быстро запачкаются, — молниеносно прилетает постоянная отговорка.