Книга Нам нельзя. Петля судьбы, страница 79 – Аля Драгам

— Женя шутит, — Женечка обрывает поток бессвязной речи, — мы еще жених и невеста, но…

— Но ты можешь принять первоначальную версию, — оставляю за собой последнее слово и тяну Облачко к подъехавшей аудюхе Ильи.

Пусть знает и сразу все свои хотелки засунет себе… Короче, Женя моя, а этот… Пусть даже не смотрит в сторону чужих девушек!

Светлов веселится, выслушиваю возмущения сестры, а я осматриваюсь. Раньше времени не было, важнее дела были.

Стандартный двор, по периметру которого много зелени. На ветках кустов и деревьев, на фонарных столбах и даже футбольных воротах виднеющегося поля, развешены шары цветов флага. Входная группа здания украшена плакатами со стихами, посвященными выпускникам.

Пацаны с лентами через плечо тусят в районе спортплощадки, собравшись в кольцо, а девчонки в одинаковых платьях а-ля советская школа небольшими группками то водят в здание, то выскакивают обратно.

Одна группа девушек отличается от остальных и цепляет внимание: у них нет белых дурацких бантов, а вместо коричневой формы одинаковые небесно-голубые платья.

— Твои? — поворачиваю Облачко, которая стоит спиной и продолжает болтать с братом.

— Ой, точно! Мы пойдем, поздороваемся? А вы с Таней в зал сразу идите, ладно? Мы тоже придем к вам, честно-честно. Я ещё учителей всех хочу увидеть.

Обещаю проследить и покорно следую туда, куда спешит моя девочка. Ловлю на себе заинтересованные взгляды, но здесь не вмешиваюсь. Хочу, чтобы она сама решила, как меня назвать.

— Это Евгений, — начинает Облачко, назвав по именам всех одноклассниц. Мне глубоко фиолетово, я не запомнил ни одну. — Мой… муж. Будущий муж.

Идеально!

* * *

— Поздравляю, — обнимаю Женю сзади, укладывая ладони на её живот. — Ты моя умница!

Только что Облачко получила аттестат и спустилась со сцены. Их классная грымза не разрешила мне идти парой с будущей женой, но мы нашли компромисс: Женечка прошла с одноклассником по залу (Алика я к ней на метр не подпустил!) и тут же оказалась рядом со мной. Меня всё устроило, её тоже. А то, что другие выпускницы себе шеи сворачивают, нас не волнует.

Если только чуть-чуть Женю. Моя девочка ревнует, но старается скрыть эмоции. Наблюдаю за ней и упиваюсь осознанием, что меня любят, что чувства взаимны.

Да и как иначе, если наша встреча явно запланирована каким-то высшим разумом, и состоялась вопреки всему. Нам нельзя было пересекаться, но судьба завернула крутой вираж.

— Жек, — нашу идиллию и мои мысли нарушает Илья, стоящий в шаге от нас, — посмотри.

Оборачиваемся синхронно и видим лишь удаляющуюся мощную спину Светлова-старшего.

Чувствую, как под моими ладонями напрягаются мышцы, как вытягивается в струнку Облачко и… выдыхает.

Мы напряженно ждем: побежит догонять или нет. Если решится, поддержу. Любое её решение приму и не посмею осуждать, ведь любовь ребенка к родителям безусловна, а сердце готово простить всё, что угодно. К счастью, Женечка не знает о продолжении той встречи. Мне же Илья рассказал всё, расписал перспективы… Собственно, мой контракт и возможная смена тачки продиктованы и тем заявлением в том числе.

— Папа? — тихо-тихо, одними губами выдыхает Женечка, но не двигается.

— Приходил поддержать, — отвечаю на ушко. — Хочешь поговорить?

— Нет, — звучит нерешительно, а потом тверже добавляет, — не сейчас. Нет.