Книга Спаси меня от одиночества, страница 44 – Аля Драгам

Предвкушаю, как высплюсь, приготовлю блинчики, а после обеда, дождавшись Вику из школы, позову её в торговый центр и куплю сестре на первые заработанные деньги цепочку.

Я видела, как она рассматривала её в витрине. Мама тогда не разрешила, потому что на цепочке была подвеска в виде черепа. А я куплю.

Чтобы порадовать и не словами, а сюрпризом показать, что люблю. И поддерживаю тоже.

Уйти сразу не получается: за окном начинает ливень стеной, стоит мне ступить на асфальт. Юркаю обратно и прошу у напарницы её телефон. Мой полностью разрядился, а я и не заметила, пока не вытащила из сумки, чтобы вызвать такси.

Пользуюсь её добротой и оформляю заказ. Сразу отдаю деньги за поездку, посмотрев её стоимость в приложении.

Вместе дожидаемся машину и окончательно прощаемся. Её подвозит наш мастер по моккачино, а меня разговорчивый таксист.

Всю дорогу он развлекает меня байками о своей работе. Я даже чуть не забываю смартфон, подключённый к его зарядному устройству.

От машины до подъезда бегу, прикрыв голову курткой. Дождь не стал тише, он ещё больше усилился, а ветер буквально сбивает с ног.

Взлетаю к квартире и торопливо вставляю ключ в замочную скважину. Мечтаю сорвать вымокшую насквозь одежду и принять горячий душ.

Бррр…

В коридоре включен свет. Обычно мама уже спит, и я стараюсь не шуметь, но, наверное, она переживала из-за непогоды и невозможности мне дозвониться.

— Мам, я дома. Телефон разрядился просто. Я на такси…

Осекаюсь.

Мама выходит из тёмной комнаты, кутая руки в подмышках. Растрёпанная, губы искусаны, а глаза опухли и покраснели от слёз.

— Что? — сердце замирает. Думаю о плохом. Неужели… отец…

— Ника… Никуша, — делает мама шаг ко мне и как-то тонко и очень странно стонет. — Вика… Она пропала…

Всем привет, мои дорогие и любимые!

Порадуете нас своими комментариями и звёздочками?

Мы с Музиком будем счастливы

— Как… Как пропала?

— Не пришла домой. Телефон выключен.

— Но… — опускаю руки. Они плетьми повисают вдоль тела.

— Я уже в школе была, по маршруту проехала, в полиции… Заявление приняли, но… Но сказали, что… Что… Чтобы мы сначала подружек спросили, может, засиделись. Или у мальчика.

— У нашей Вики нет мальчика. Маркел только. В смысле…

Мы так и разговариваем обрывками фраз, глуша внутри разгорающуюся панику.

Торопливо достаю телефон и набираю друга, наплевав на позднее время. Он поймёт. Обязательно поймёт, если ответит.

Один гудок, другой, третий.

Жду положенное время и повторяю вызов. Снова и снова, пока в динамике не раздаётся уставший голос Маркела.

— Извини, — лепечу. — Тебе… С тобой моя сестра не связывалась?

— Нет. Что-то случилось, Ника?

— Да… То есть… Я не знаю! Она не пришла домой, её сотовый отключен. Я подумала, что она могла позвонить или написать тебе, ведь ты же…

— Нравлюсь ей, — подсказывает парень. — Нет, Ник, она не объявлялась. Я бы сказал тебе.

— Извини!

— Подожди! В полиции вы были?

— Мама ходила, да. Только…

— Я попрошу отца набрать знакомого мента. Держи меня в курсе, — отключается, не прощаясь.

Но мне не нужны прощания. Я безумно благодарна за его помощь!

— Отцу я тоже звонила, — мама читает мысли, рассказывая, куда ещё успела сбегать, когда я была на работе. — Он вылетает первым же рейсом.

— Мама, — ахаю. Хотя она правильно сделала: Вика могла и к нему собраться, чтобы выяснить отношения или плюнуть в лицо, как она собиралась.