Книга Девочка из прошлого, страница 148 – Аля Драгам

— Давид, — то ли хриплю, то ли сиплю после пережитого.

— М?

— Люблю тебя, — шепчу, заглядывая в самые родные и любимые глаза.

Вместо ответа Давид прижимается теплыми губами к моим и ведет языком по нижней губе. Когда он так делает, мысли улетучиваются, а в ушах начинает шуметь от немыслимой скорости тока крови.

— Я совсем ходить разучусь, — смеюсь, когда Давид подхватывает на руки и тащит наверх.

— Совсем не надо, но готов носить на руках всю жизнь.

Заглядывает в глаза и мне кажется, я вижу в них немой вопрос. Все—таки, кажется, наверное. Растворившись в своих чувствах, совсем потеряла голову. Пока ехали с Владом, он задал очень правильный вопрос: «Что дальше?». Только вот ответа на него у меня пока нет. Я твердо уверена в своих чувствах и глубине любви к мужчине. К одному единственному мужчине. Уверена, что моя любовь взаимна. Но насколько далеко зайдут наши отношения? Да уж, куда еще дальше—то? В попытках анализировать главное не перемудрить. Однажды я уже сделала не те выводы.

Затянувшуюся паузу надо чем—то заполнить, потому что в глубине глаз появляется беспокойство и настороженность. Но я правда не знаю, должна ли что—либо отвечать?!

— Поцелуй меня, — озвучиваю свое желание. Пока насекомые в голове не приступили к сбору информации, надо отвлечь и желательно сделать это как можно скорее. — Также как внизу.

Дейв понимает с полуслова и между нами все повторяется. С той лишь разницей, что сейчас он нежен и нетороплив.

— Напугал тебя своим напором? — Спрашивает, укладывая голову к себе на грудь после того, как мы немного приходим в себя.

Задумчиво веду пальчиком по его руке. Напугал?..

— Нет. Мне… мне даже понравилось…

— Ммм, а кто—то у нас входит во вкус, да, малышка?

Ведет горячей рукой по бедру, подминает под себя и снова берет. Сначала медленно, постепенно ускоряясь. Сил кричать не остается, я только впиваюсь ногтями в плечи мужчины и хриплю его имя на повторе. Спроси сейчас, как меня зовут, не отвечу.

Судорожно хватаю горячий от нашей страсти воздух. Дрожу в его объятиях, подставляясь под ласковые руки. Хочется, чтобы не останавливался. Между ног липко от стекающей по ноге жидкости, и надо бы в душ, но сил совершенно нет. Еще и мой любимый нахал берет и размазывает по мне следы своего удовольствия.

— Зачем ты так делаешь?

Приподнимаюсь на локте и ловлю его смеющийся взгляд.

— Как зачем? Мечу территорию. Знаешь, зачем самец облизывает свою самку? Метит своим запахом.

— Он не поэтому. — Мне тоже смешно. — У них процедуры гигиены такие.

— Ну значит, у мужчин по—другому. Хочется самому себе доказать, что женщина только твоя.

— Можно же иначе… Или просто спросить…

— Можно. И спросить можно. Тогда ответ: просто хочется. Такой тебя устроит?

А сам уже подобрался к груди и щекочет. Только не это. Я больше сейчас не выдержу. Начинаю отползать в сторону, но Давид ловит и тянет в душ.

— Давииид, я хочу спать.

Включаю режим нытика, потому что напор и готовность к «боевым» действиям снова меня пугают. Разве это нормально? Правда, больше пугает собственная реакция: я тоже хочу его. Не делает ли все это меня распутной и доступной? Насколько нормально постоянно желать своего мужчину?

— Сейчас пойдем, — щекочет шею, намыливая меня. Хочу тоже его потрогать, обвести все прокачанные мышцы, но еще больше загоняюсь от мыслей о распущенности.