Книга 50 оттенков рассвета, страница 19 – Аля Драгам

Сейчас всю квартиру перекрашивают, возвращая ей девственный вид.

Первые дни я тусил в отеле, но потом поддался на уговоры Лихацкого и сейчас обитаю у него. Сашка всегда накормит вкусно. Жаль, нет у нее сестры. Я б не раздумывая в жены взял: умная, добрая, а на Давида смотрит такими глазами, что даже я умираю. И вовсе не от смеха. Хоть и подкалываю друга.

— Далеко в мыслях уплыл?

Чёрт, я и забыл уже, что Керро мне звонит и спрашивает про вечер.

— Здесь я, — ворчу. — А сам-то приедешь?

— Собираюсь. Отец просил поддержать. Один из его партнеров помолвку дочери празднует. Так что рожей посветить — прямая моя обязанность.

— Ну да, твоей только светить.

Егор у нас однажды снялся в рекламе и поклонницы синеглазого красавчика не давали прохода ни ему, ни нам. И не только поклонницы. Но если сейчас напомню про любовные письма одного упертого додика, огребу не только словесно.

— Короче, Арт. Увидимся там. Не планируй дел, к нам поедем после. Дашка тебя ждет показать новый велик.

— Ты умеешь уговаривать.

Отбиваюсь и прошу Жанну принести крепкий кофе. Пока жду, подъезжаю на кресле к панорамному окну и рассматриваю чаек, кружащих над водой. Не люблю я их. Кричат противно, и сами по себе… помоечные птицы какие-то. Другое дело маленькие синички или воробьишки. Нахохлятся и смотрят одним глазом.

Как та сладкая девочка. Ева. Я ведь запомнил её, девочку эту. Не всё запомнил, фрагментами. Но то, что отложилось в сознании…

Наутро, после проведенной с ней ночи, мне казалось, что я сошел с ума. В пьяном угаре мне чудилось, что Лина и Ева один и тот же человек. Они даже пахли одинаково. Помню, проснулся с больной башкой. В номере один. Тишина.

Прислушался: никакого шума в ванной. Поднялся. Нашел презик с бордовыми разводами. Простынку с пятнами. Подумал, что месячные. Я ж помнил, как смущалась. Ну не все мужики нормально относятся к естественному процессу. Мне-то по фиг на самом деле. Я в этом плане не брезгливый: всякое бывало, когда сильно хотелось.

Поискал в ванной следы пребывания. В корзинку даже заглянул. Пусто там было. По идее, должна ж она была прокладку или тампон оставить. Ну не с собой же утащила.

Пока пил кофе всё пытался напрячь память. Слезы вспомнил. Ревела она. Точно.

От собственной догадки охренел. Это ж какая задница должна случиться была у девочки в жизни, что она первому встречному невинность вручила? А что так было, я практически уже не сомневался.

Подумал поискать её и расспросить. Но не стал. Сама ушла. Может, любовь несчастная и отомстить хотела. Зря, конечно. С парнем могла помириться, а первый раз не вернешь.

Что не сказала — так дура. Я же брал не жалея. Она не сопротивлялась. Тоже помнил это. Если б призналась на берегу — домой бы отослал. Такси б вызвал или пацанов нашел и попросил отвезти.

Возвращаюсь к столу, открывая новую вкладку расчетов. Глаза слезятся от постоянного нахождения за монитором.

Кофе остыл. Это ж сколько времени я на небо пялился?!

Залпом выпиваю холодную бурду и погружаюсь в мир цифр. Лучше думать про них, чем про странную девочку, выбравшую меня на роль своего первого. Не почётная роль оказалась для меня. Ненужная. Да и она наверняка жалеет.

* * *

К началу вечера я ожидаемо опаздываю. Сначала вообще решаю не ехать, и только повторный звонок друга даёт тот самый волшебный пендель. Все эти приёмы не столько о дружбе и искренних поздравлениях, сколько о значимости, фальшивых улыбках и возможностях завести нужные знакомства.