Книга Фургончик с мороженым доставляет мечту, страница 82 – Анна Фурман

— Мечты сбываются.

Он подошел ближе, как тогда, в лабиринте, убрал с ее лица непослушную прядь. Сольвейг затаила дыхание.

— Так-так-так! Что у нас тут? Винченцо, ты только глянь! Какой улов.

Сольвейг вздрогнула, выйдя из оцепенения. Незнакомый насмешливый голос не предвещал ничего хорошего. Даниэль обернулся, закрывая ее собой. Дракула грозно зашипел, распушив хвост. К ним приближались трое.

Волосы у всех были зачесаны назад, на лицах красовались одинаковые усики. Каждый сжимал в руке нож.

— Твоя правда, Тони! Подфартило, – Винченцо, невысокого роста, но весьма крепкий малый, склонил голову набок и улыбнулся – ему недоставало пары-тройки зубов.

— Это ж твой фургон девчачьего цвета, мужик? – приближаясь, Тони вертел нож между пальцами, будто заправский циркач.

Третий, с самокруткой в уголке рта, молчал и ухмылялся, однако его молчание и ухмылка казались куда страшнее, чем разговорчики Винченцо и Тони.

— Допустим, – Даниэль подался было вперед, но Сольвейг одернула его.

— Не надо, прошу вас! – горячо зашептала она. – Их больше!

— Разве? – он попытался пошутить, чтобы взбодрить ее: – Трое на трое.

— Пожалуйста! Ради меня!

— «Допустим», – хмыкнул Тони. – Слыхал, Винченцо?

— Ага. Допустим, вы не очень-то похожи на богатеньких туристов, – все трое подобрались еще ближе, перекрывая единственный выход под аркой.

— Это правда. – Даниэль был потрясающе хладнокровен. – Мы не слишком богаты.

Сольвейг подхватила на руки шипящего Дракулу – чего доброго, еще вздумает броситься на бандитов и схлопочет ножом в бок.

— Но фургон ваш?

— Это фургон мороженщика. Вы хотите угнать его?

— Вот еще! В жизни не сяду в машину девчачьего цвета! – обозлился Тони. Остальные согласно закивали.

— Вы любите мороженое?

Жуткий тип с самокруткой сплюнул под ноги, раздавив окурок каблуком, – никакого почтения к главной городской достопримечательности, – и впервые подал голос:

— Зубы нам не заговаривай.

— Ну что вы… – Даниэль поднял руки, защищаясь.

— Где мороженое, там деньги, а, Винченцо?

— Точно, Тони!

— Гоните их нам!

— Видите ли, господа, все наши деньги и ценности остались в фургоне, – в подтверждение своих слов Даниэль вывернул пустые карманы. Он действовал так спокойно и отстраненно, что Сольвейг показалось, будто у него созрел план. – Если позволите, мы откроем его и отдадим вам все, что захотите.

— Ага, как же! Так мы и поверили. Да, Винченцо?

— Мы не дураки, Тони!

— Что вы, что вы! Конечно нет! – запротестовал Даниэль. – Я открою заднюю дверь и возьму, что нужно. Только, пожалуйста, не троньте женщину…

— И кота, – добавила Сольвейг. Дракула махал хвостом, хлеща ее по рукам.

— Не нужна нам твоя женщина!

— И кот.

Молодчики задумались. Мыслительный процесс давался им не слишком легко.

— Ладно, – наконец выдал Тони, продолжая поигрывать ножом. – Только без фокусов! Правда, Винченцо?

— Пусть она сядет вперед, – предложил «самокрутка».

— Точно! – подхватил Винченцо. – Она уж наверняка не уедет!

Все трое загоготали, чрезвычайно довольные собой.

Они выстроились в процессию: Тони, охраняя Сольвейг, пошел впереди, Винченцо и «самокрутка» сопровождали Даниэля. Фургон тарахтел, глядя на улицу, уходящую вглубь Вероны. Здесь почти не было света – только окна ближайших домов мерцали, рассеивая плотные сумерки. На веревках, натянутых между балконами, сохла одежда: платья, брюки, ползунки, всевозможные шляпки и кепи.