Книга Фургончик с мороженым доставляет мечту, страница 47 – Анна Фурман

— Я осмотрю дом, может, он не заперт, – сказал он, почти не глядя на Сольвейг. – Мы сможем переждать там непогоду.

Он обошел домик, подергал дверь – она легко поддалась – заглянул внутрь и помахал рукой: «Никого». Замок и его окрестности замерли в ожидании грозы.

Внутри домик показался просторнее, чем снаружи. Обстановка была весьма скудной: крепкий дубовый стол, пара кресел, добротно сложенная каменная печь и сваленные в углу старые сапоги, наверняка когда-то принадлежавшие крупному мужчине. На подошвах еще виднелась засохшая грязь, кожа по бокам давно протерлась. Затхлый воздух хранил запах копченого мяса, пороха и пыли. Сольвейг устроилась в одном из кресел и принялась раскладывать карты. Даниэль делал вид, что его ужасно интересует устройство печи. Он угрюмо сдвигал брови, едва заметно шевелил губами, его беспокойные руки то и дело ныряли в карманы брюк. Первый далекий раскат грома заставил Сольвейг вздрогнуть.

— Если хотите, можем осмотреть замок, фру, – Даниэль бросил на нее взгляд, полный искреннего беспокойства. – Когда закончится гроза.

Сольвейг помотала головой, вспомнив предостережение Дэи, и перевернула карту на столе. Дама пик – недобрый знак. Еще один раскат грома, уже ближе, прокатился холодной волной по спине. Даниэль замер, точно дикая кошка, готовая к прыжку, – все его мышцы напряглись, проступая под тонкой тканью рубахи, словно он собирался сразиться с грозой, лишь бы она не пугала Сольвейг.

— Я… – Даниэль сделал глубокий вдох. – Знаете, эта ночь была прекрасна. Она много значит для меня.

— Для меня тоже.

— Я хотел сказать вам…

Его прервал глухой стук. Это был не дождь – кто-то или что-то ходило снаружи. Солома, которой была выстлана крыша, заглушала шаги, но в этой пронзительной тишине они отдавались эхом. Тучи окончательно поглотили свет – сумрак посреди белого дня наступал тенями. Где-то пронзительно закричали вороны. Сольвейг выглянула в окно: птицы улетали прочь от замка. К шагам на крыше добавился скрежет.

— Я посмотрю, кто там, – Даниэль направился к выходу.

— Нет, постойте! – Сольвейг подскочила и потянула его за рукав. – Вдруг это дикое животное? Или…

— Или?

— Или что-то пострашнее.

— Вампиры?

— Не забывайте, мы здесь одни. Нам неоткуда ждать помощи. Лучше заприте дверь.

Даниэль поколебался, но все же послушал ее. Он щелкнул засовом, и в ту же секунду на домик обрушился ливень. Он яростно молотил по стеклам, скрыв мир за серой, плотной завесой, которую прорезали лишь вспышки молний. Сольвейг вернулась в кресло и подтянула колени к груди. Сердце колотилось так, что закладывало уши. Даниэль вмиг оказался подле нее. Он протянул руку, и, лишь сжав ее, Сольвейг ощутила себя в безопасности. В конце концов, за каменными стенами им ничто не угрожало, а когда гроза уйдет дальше и небо снова озарится солнечным светом, может быть исчезнет и нечто, что бродит снаружи. Стоило Сольвейг подумать об этом, как снова раздался скрежет. Чьи-то когти царапали дверь.

Звук становился настойчивее, а после к нему прибавилось грозное шипение. Сольвейг вся обратилась в слух. На мгновение ей показалось, что под полом скребутся крысы, а в окно стучат клювами черные вороны. Когда снова грянул гром – совсем близко, над самой крышей – сердце подскочило к горлу. Снаружи послышалось жалобное мяуканье.