Книга Верни мое сердце, Париж!, страница 31 – Дарья Ланская

Мы провели вместе весь вечер. Много разговаривали, вспоминал институтские коридоры, столовую, преподавателей. Слава располагал к себе, его было приятно слушать и рассказывать что-то самой. Рядом с ним я ощутила спокойствие, которое потеряла после встречи с Флораном. Душа была истерзана долгими сомнениями

После ресторана нас повезли на разводку мостов. Наверное, это одно из самых волшебных питерских зрелищ, а вкупе с белыми ночами оно становится еще интереснее. За всю мою жизнь я видела разводку много раз, но особенно запомнила два из них.

Первый, когда мне было десять лет. Помню, как мы с трудом дождались ночи, и, сев в старенькую «шестерку» темно-зеленого цвета, отправились в центр. Папа рассказывал, как они в институте любили сбежать с общежития и гуляли всю ночь напролет, чтобы не пропустить ни одного разведенного моста. Мы приехали на «Ваську», откуда был хорошо виден Дворцовый мост и Зимний дворец. Я с нетерпением ждала, когда же начнут разводить мосты, и через каждую минуту спрашивала об этом маму. На что она улыбалась и просила немножко подождать. Для меня тогда это было чудом, как приход Дед Мороза в Новый Год. И когда, наконец, на мосту загорелись красные огоньки, папа сказал, что сейчас разведут мосты. Я впилась взглядом в темноту, чтобы не пропустить ни секунды волшебного действа, и испытала благоговейный восторг, когда увидела движение. Огромные каменные плиты расходились в разные стороны, словно по мановению волшебной палочки, освещенные тысячью огоньков! Мои губы сами собой расплылись в счастливой улыбке, а на глазах почему-то выступили слезы. Мама всегда говорила, что я очень чувствительная и впечатлительная девочка. И я никогда не забуду то чувство восторга, которое испытала в десять лет, стоя на набережной.

А второй раз случился именно на выпускном вечере. Но тогда мне запомнилась разводка Большеохтинского моста. Именно этот мост я люблю в Питере больше всего. Меня всегда поражала его монументальность, но в то же время изящество линий. А еще мне нравились башенки с часами, которые украшали собой разводную часть. Было в них что-то… Парижское? Нет, это все глупости. В Париже нет таких башен, и мосты там совсем другие.

Студенты веселой гурьбой столпились на набережной. Все с нетерпением ждали, когда же разведут мосты. Уже подготовили бутылки с шампанским и пластиковые стаканчики.

Я стояла немного в стороне от своих одногруппников. Не хотелось пропустить разводку мостов за шумными разговорами и смехом. Душа требовала тишины и спокойствия.

— До разводки осталась минута, - Слава встал рядом со мной.

— Да, совсем чуть-чуть, - я поежилась от холода.

Ночь выдалась холодной. С Невы дул сильный ветер, от которого кожа покрывалась мелкими мурашками. Хотелось закутаться во что-нибудь потеплее, но у меня с собой был только легкий шарфик. К вечернему платью не очень подходит ветровка, к сожалению.

Но не успела я подумать о том, как сделать так, чтобы закутаться в платок с головы до ног, как вдруг почувствовала на плечах что-то теплое и обволакивающе приятное. Слава снял с себя пиджак и заботливо набросил мне его на плечи, не спрашивая на то разрешения.

— Подержишь пиджак? А то мне что-то жарко стало, - Слава поправил на моих плечах ткань.

— Жарко? – удивилась я, оглядывая его тонкую рубашку белого цвета.