Книга Огненное сердце, страница 38 – Маделин Мартин

— Не можете мне рассказать. – Леди Элеонора горько усмехнулась. – Вы скрыли от меня свое имя, титул, спрятались за случайным поводом для того, чтобы проникнуть в дом. Может, вы солгали и в том, что я могу добиться успеха в обществе?

— Это моя вина, – вступила в разговор Лотти. – Я скрыла от вас, что он герцог. Мне не хотелось, чтобы вы отвергли его помощь из-за конфликта с вашим отцом. Чарльз был идеальным партнером, я знала, что он будет полезен.

Леди Элеонора долго смотрела на Лотти и молчала, но, когда заговорила, Чарльз понял, что ее слова предназначены ему.

— Ваша уверенность прочнее моей. Ведь он не пытался за вашей спиной встретиться с вашей матерью. Вас он не обманывал.

Леди Элеонора глубоко вдохнула и медленно выдохнула. В тишине хорошо был слышен каждый вздох.

— Я попрошу вас помочь мне, Лотти, в случае отказа немедленно уеду. Нам больше не нужна помощь герцога Сомерсвилла, я нахожу ее обременительной. Не могли бы вы попросить его уйти?

Слова хлестнули герцога, будто пощечина. Та, которая совсем недавно улыбалась ему, вела откровенные разговоры, теперь гонит его прочь. Хотя и вполне заслуженно. Его поведение неблаговидно, обман непростителен.

Лотти отпрянула и вскинула голову, будто тоже была поражена просьбой. Она резко повернулась к Чарльзу, и ее видимое спокойствие и рассудительность сменились ужасом. Рот открывался и закрывался вновь, словно она не знала, как поступить – возразить или промолчать.

Будучи джентльменом, Чарльз, разумеется, не мог бросить Лотти в затруднительном положении выбора между другом детства и единственной ученицей – источником дохода.

С трудом переведя дыхание, он поклонился сначала леди Элеоноре:

— Простите мне мои прегрешения. И не вымещайте гнев на Лотти, ведь она искренне желает помочь вам добиться успеха. – Затем, повернувшись, Лотти: – Я удаляюсь.

Лотти кивнула, глядя на него с сожалением и благодарностью.

Чарльз вышел из комнаты, из последних сил сохраняя независимый вид и непроницаемое выражение лица. Он действительно совершил ужасную ошибку, и расплата велика. Он лишился возможности получить дневники и помочь Шарлотте в новом начинании. Не говоря уже об утраченном доверии леди Элеоноры.

От всего случившегося в груди его возникла тупая, ноющая боль.

Сопровождавший Чарльза дворецкий вместо выхода привел его в библиотеку.

— Мисс Шарлотта желает поговорить с вами после того, как закончит с миледи.

Чарльз кивнул слуге и опустился в кресло у камина. Языки пламени перед ним извивались, взлетали вверх и падали – внутри его самого происходило нечто похожее. Наконец дверь со скрипом отворилась.

— Она ушла, – упавшим голосом произнесла Лотти. – Очень расстроенная. Не скажу, что она склонна доверять людям, но… ты стал исключением.

Эти слова причиняли Чарльзу столь сильную боль, что он закрыл глаза и отвернулся. Лотти говорила истинную правду, он чувствовал, что леди Элеонора была с ним откровенна. Он помнил, как на прогулке она поблагодарила его за искренность и отметила, что для нее очень важны их беседы. А он на открытость ответил предательством. От этой мысли его сердце вновь болезненно сжалось.

Чарльз поднялся и прошелся по комнате, чтобы восстановить самообладание, затем встал напротив Лотти.

— Признаю, мне следовало рассказать ей, кто я есть.